Вечером того же дня подъехал автомобиль, Алина при помощи какого-то русскоговорящего водителя погрузила все свои вещи и уехала. Судя по всему, к вящей радости Прасада и его семейства, ничего уже не понимающего по поводу поведения странной россиянки. Впрочем, что-то мне подсказывало: слишком просто это, явно будет продолжение, но вот какое и когда — уверен, скоро узнаем. Скорее всего, увез ее в Сиолим как раз тот россиянин, который предложил работу и проживание. Дай бог конечно, но…слишком просто, не верится в такие развязки в стиле «happy end».
Последующие два дня я выбирался в Арамболь по всяческим делам и паралельно развеяться от однообразия, пусть и благостного. Рома, кстати, ещё 13 апреля уехал в ашрам Митры на 9-дневную практику садханы, устроенную по случаю празднования весеннего . Меня тоже приглашали, но доверяясь своему внутреннему ощущению, я вежливо отказался от этого предложения по ряду явных и скрытых причин так как сейчас работаю над несколькими заказами из России, просто бросить их на 9 дней неприемлемо. Чтобы выжить здесь, надо работать и зарабатывать хотя бы минимум на текущие расходы. Кроме того, мне комфортно находиться в одиночестве и заниматься своими духовными практиками, теми, которые получаю от своего Гуруджи по невербальным каналам связи.
Есть ещё один момент: ягьи и другие религиозные церемонии в ашраме в течение Наваратри будут проходить в вечерне-ночное время, до 3 часов ночи. Это для меня неприемлемо поскольку полностью разрушит сложившийся режим сна и бодрствования. И ещё…не надену черную одежду, которую необходимо носить в ашраме все время Наваратри. Черный цвет вообще не использую в одежде уже многие годы, он не соответствует моему внутреннему состоянию. Так я остался один в большой квартире на целых 9 дней, и могу регулярно продолжать свои ежедневные духовные практики. Так же точно ложусь не позже 23:00 и встаю чуть раньше 5:00. Раним утром, пока ещё совсем темно, иду на берег океана, медитирую, встречаю восход солнца, возвращаюсь обратно, и далее — как случится — так и будет.
Дальнейшее содержание каждого дня совершенно уникально. Вчера, например, я после раннего завтрака немного подремал на балконе пока ещё не жарко, потом собрался и пошел пешком в Арамболь, но не привычной тропой вдоль океана, а вначале забрался на горное плато, пересёк его и нашел толпу вниз. Это заняло чуть больше часа, зато теперь могу ходить туда-обратно по самой короткой дороге. Тропинку было найти достаточно просто, она спускается по горному склону, петляя среди деревьев кешью, выходит на задворки и огороды жителей Арамболя. Первым меня встретил огромных размеров белый бык, он стоял на привязи посреди грунтовой площадки. Неподалеку местные парнишки играли в футбол. Неожиданно для себя я быстро вышел прямо на главную улочку Арамболя. Этот путь оказался самым коротким.
Из Арамболя направился по пляжу в сторону Мандрема, следующего поселка на побережье. Пляж оказался совершенно пустым, я встретил на нем лишь пару молодых фигуристых россиянок в бикини, представляющих из себя тонкие шнурки, и одну запутанную гоанскую собаку. Больше — ни души. Гоа совсем пустой, с каждым днём людей все меньше, к тому же наступил самый жаркий и душный сезон года, время созревания манго. Многие деревья в Кериме усеяны кркпными плодами, всё ещё зелёными. А цена на это ароматный фрукт у лоточников по-прежнему держится очень высокая, 160 рупий за килограмм. В сезон с конца апреля по июль манго стоит 40-50 рупий, можно найти и за 20-25. Ещё чуть-чуть подождать — и наступит очередной «манговый рай».
Встретившись в прибрежном уличном ресторанчике, одном из самых популярных среди россиян, с новыми знакомыми, мы долго общались, обсуждая самые разные темы от фальсифицированного «монголо-татарского ига» до современной ситуации в мире и путей ее развития. Публика в этом непальском кафе весьма интересная, здесь обретаются многие из россиян, живущих в Гоа годами и десятилетиями, а также те, кто остался здесь коротать долгий локдаун да как-то прижился, не желая никуда больше сдвигаться. Я уже отвык от такой своеобразной среды общения за три года странствий по Индии и Непалу. А те люди, с которыми обычно имею дело, совсем другие