Одиннадцатый день в Непале: праздничный ужин, как выбрать ресторан и не отравиться, бессонная ночь

После впечатлений, полученных при посещении открытого крематория на берегу реки Багмати, возле особо почитаемого храма Пашупатинатх, мы прямиком отправились в туристический район Тамель, и не куда-нибудь, а в ресторан:-) Выбор мест, где можно покушать, в этой части города явно зашкаливает, требуется немалое время для получения опыта, достаточного, чтобы ориентироваться во всех этих кафе, ресторанах, дхабах, пиццериях, бутербродных, кофейнях.

Пока не попробуешь блюда, не поймешь, стоит питаться в этом месте или нет. Я уже писал как-то лайфхак о том, как выбрать место, где можно поесть с минимальным риском для здоровья. Совет: первым делом отправляйтесь в туалет:-) Нет, я вполне серьезно, посмотрите как выглядит туалет, насколько там чисто и прибрано. По пути (если повезет) как бы случайно ошибившись дверью, загляните на кухню. Если вид кухни и того, в каких условиях вам будут готовить еду, не вызовет у вас рвотный рефлекс и не заставит немедленно знакомиться и с туалетом — О’К, уже хорошо. Посмотрите, есть ли завсегдатаи в ресторане, в идеале зал должен быть частично заполнен, причем и иностранцами, и местными.

Цена…важный критерий, но не основополагающий. Не стесняйтесь сразу просить меню в случае, если оно не выложено на стойке перед входом в ресторан (это — правило хорошего тона). Слишком завышенные четырехзначные цены вам навряд ли понравятся, но и подозрительно низкий ценник тоже не есть хорошо. Спросите о том, включен ли в цену «тип» (сервисный сбор), обычно в размере 20% от суммы заказа. Но это — общие критерии, на местности все, с одной стороны, намного сложнее, а с другой — проще.

Нам на сей раз повезло: ужин был очень вкусным, а цены умеренными. Просьба «нот спайси» была передана повару и исполнена (что бывает крайне редко), в пище действительно отсутствовал жгучий перец чили, разьедающий весь ваш организм от входного отверстия и до выходного…

Итак, покойники благополучно сгорели, жизнь продолжается, наше 11-дневное увлекательное путешествие по экзотическому Непалу подходит к концу. Ко счастью, все живы-здоровы, завтра утром туристы вылетают в Москву, а я остаюсь в Непале.

Но впереди у нас еще целая ночь, которая оказалась бессонной. Причина проявила себя после того, как мы легли спать — прямо напротив гостевого дома находится здание торгового центра, а на первом этаже его по выходным работает бар и ночная дискотека, куда стекается местная молодежь, толпящаяся у входа в надежде пробиться на вожделенные танцульки через фейс-контроль. Сегодня как раз вечер пятницы; вся толпа пьяных и укуренных гопников направилась на ночную дискотеку, выстроившись в длинную, шумную очередь.

В-общем, с отелем нам на сей раз не повезло, точнее со временем проживания в нем. Ни в одном из отзывов на «booking.com», где и бронировались номнра, не было и намека на шумную ночную дискотеку напротив. Я написал об этом в надежде, что следующие постояльцы получат обьективную картину реальности и сделают правильный выбор.

На то она и жизнь, чтобы позитивные моменты чередовались с негативными, наши ожидания рпзбивались о неприступную стену Высшего Замысла, а наши поступки в конечном счете взвешивались на весах Высшей Справедливости. Потому что все — едино, любое противоречие — лишь побочный продукт деятельности невежественного ума-разделяющего и эго.
*******
Присоединяйтесь к моим путешествиям по Непалу! Ближайшие туры по программе «Очарование Непала»: https://jayant.info/route/nepal/
Даты заездов:
с 24 мая по 4 июня,
с 5 по 16 июня,
с 17 по 28 июня

Одиннадцатый день в Непале: погребальные костры

Желание туриста — закон для туроператора, потому, пользуясь представившейся возможностью, тут же берем крохотное такси, благо в Тамеле они дежурят повсюду, и вливаемся в плотный транспортный поток, медленно несущий нас в направлении крупнейшего индуистского храма Пашупатинатх. Он к тому же является запретным для посещения иностранцами, пусть даже теми из них, кто исповедует Хинду. В Индии я тоже встречался с таким примером расовой и национальной дискриминации, когда вне зависимости от того, что люди исповедуют ту же религию, в данном случае Санатан Дхарму (=индуизм), для них закрыт вход в некоторые индуистские храмы.

Тут уж не поспоришь, как говорится «хозяин-барин». Я в таких случаях задаю вопрос, ставящий в тупик любого охранника, бдящего за соблюдением запрета: «Разве для Вишну, Шивы, Ганеши или, например, Кришны имеет значение какого цвета твоя кожа, глаза или волосы? Разве для Бога не все равны как Его любимые творения?» Ни одного внятного и аргументированного ответа на этот вопрос я не получал. Потому в некоторые храмы все-таки прохожу беспрепятственно:-)

Подьехали мы к храму с противоположной стороны в надежде просочиться на территорию вокруг него, куда разрешен вход интуристам и не-хинду, но на центральном входе надо покупать билет по $9 на человека. В прошлый раз мы нашли лазейку — узкую тропинку, ведущую из «Оленьего парка» на берег реки Багмати, далее — через мост и в город.  Но на сей раз сэкономить не удалось — на тропе стоял охранник в штатском и терпеливо обьяснял группе интуристов, судя по всему, тоже пытавшихся воспользоваться лазейкой, что вход — только платный.

Тут я вспомнил об еще одной тайной тропе,, ведущей к дырке в ограждениях (правило «дыры в заборе» еще никто не отменял), и попытался пройти туда, но охранник, разобравшись с группой туристов, направился за нами. Поняв, что нас спалили, пришлось послушно идти вдоль высокого забора из рабицы с колючей проволокой по верху. Ничего себе храм огородили, прямо как президентский дворец!

На главном входе купил-таки я один билет для туристски, очень мечтавшей увидеть и запечатлеть кремацию, другие отправились увлеченно снимать портреты очень живописных паломников и аскетов, которыми в Индии и Непале изобилует любой более-менее значимый храм. Для фотографии Пашупатинатх — лучшее место, куда приходят люди издалека. Пока я сидел на приступочке храма неподалеку от кассы и офиса службы безопасности, наблюдал великое множество лиц, типажей, образов и забавных сценок. Вот со стороны храма слышен глухой рык, затем — фырканье и рев, вслед за чем появляется огромный черный бык. Он издает душераздирающие вопли, поднимает голову и принюхивается. Затем подходит к куче песка, насыпанной на дороге по поводу ее ремонта, и начинает раскидывать песок рогами, бодать его, вскоре и сам катается в песке, посыпая им все вокруг. Прихожане как ни в чем не бывало проходят мимо, ничуть не опасаясь огромного и достаточно агрессивного животного.
Мимо прошла процессия из нескольких празднично одетых женщин, в алых сари, несущих на голове горшочки с листьями дерева тулси и цветами. Собаки, проводив быка дружным, но опасливым лаем, тотчас же принялись валяться во влажном песке после этого хрипящего гиганта.

Подьехал автомобиль с символикой медицинской службы, двое мужчин пронесли металлические носилки, при помощи родственников выгрузили из машины мертвое тело, накрыли оранжевой тканью и пронесли мимо меня к гхатам, на место кремации. На гхатах (ступенчатых набережных) оборудовано множество круглых площадок для кремации — похорон по индуистскому обычаю. Длится ритуал прощания, и последующего сжигания тела достаточно долго, в нем есть множество необходимых к исполнению деталей, рассказывать обо всех подробно не имеет смысла.

После справления всех подготовительных обрядов тело кладут на специальным образом уложенные дрова, снимают лишнюю одежду, накрывают шафранового цвета саваном и поджигают погребальный костер с четырех (по сторонам света) сторон. Процессом руководит специальный человек, одетый в белую набедренную повязку, у него в руках длинный шест, которым поправляет дрова в костре чтобы останки усопшего сгорели полностью.

В течение всего обряда родственники и друзья покойного стоят или сидят на лавочках неподалеку, повторяя специальные мантры, призванные помочь вечной Душе, лишившейся физического тела, беспрепятственно пройти через все сферы духовного мира. Голосить и реветь не принято, это считается дурным знаком, так как на эмоциональном плане удерживает душу и не позволяет ей стать свободной, продолжив путешествие в иных мирах.

После завершения кремации пепел и непрогоревшие головешки при помощи ведра смываются водой в реку, а место обряда часто присыпается освещенным в храме алым порошком, используемым для нанесения тилаки (точки на лбу). Примерно так выглядит похоронный ритуал индуистов, нет у них никаких кладбищ, а поминовение усопших заказывают в виде специальной пуджи (молитвы) в храме.

Став свидетелями сразу двух кремаций, впечатленные и очень довольнве полученными эффектными фотоснимками туристы вернулись ко мне, в тот момент я уже долго разговаривал с симпатичной женщиной-полицейским, подошедшей узнать, все ли у меня хорошо, не заблудился ли я. Один из туристов, кстати, беспрепятственно прошел на территорию совершенно бесплатно, ему показали дорогу местные бомжи-алкоголики. Дырка в заборе оказалась совсем рядом, в 50 метрах от кассы:-)
*******
Присоединяйтесь к моим путешествиям по Непалу! Ближайшие туры по программе «Очарование Непала»: https://jayant.info/route/nepal/

Одиннадцатый день в Непале: возвращение в Катманду

Наше 12-дневное путешествие по Непалу завершается завтра, но предстоит еще долгая дорога из Покхары в Катманду. Для взыскательных клиентов, принимающих участие в этом туре, я заранее заказал новенький автомобиль Skoda rapid 2019 года выпуска, который был накануне пригнан в Покхару.  Утром водитель, не говорящий по-английски, связался с персоналом отеля, выяснил его местоположение и даже раньше назначенного времени прибыл за нами.

Позавтракав кусочками фруктов манго и папайи, мы попрощались с очень приветливыми, радушными и гостеприимными сотрудниками отеля, погрузили вещи и отправились в неблизкий путь. Конечно, на классном новеньком авто дорога в Катманду значительно приятнее  и комфортнее чем на рейсовом автобусе, хотя по времени ничуть не меньше. Странным образом, но в Индии и Непале за годы путешествий я столкнулся с таким правилом: на чем бы ты ни ехал по дорогам этих стран (кроме велосипеда разумеется), средняя скорость движения все равно будет 25, максимум 30 км/час. Быстрее — никак и никогда. Даже если едешь глубокой ночью по пустой трассе, все равно где-то будет затор, завал, обьезд, переезд…в-общем, придется долго стоять, и в итоге уложишься именно в это правило. Быстрее  — только по воздуху:-)

И на сей раз эти 203 км.мы ехали ровно 8 часов, встав за 30 км. до Катманду в длинную пробку, вызванную дорожными работами и совсем незначительной аварией. Чудесным образом в Непале если и происходит ДТП, обычное незначительное столкновение бамперами, тотчас же все движение парализуется, водители и толпа зевак часами стоят вокруг столкнувшихся автомобилей, любезно общаются, дают друг другу советы. Причем, это может продолжаться часами до тех пор, пока чье-либо терпение не закончится, и их не заставят принудительно хотя бы убрать автомобили с проезжей части чтобы тысячи простаивающих авто могли проехать.

Поэтому на горных, узких дорогах Непала скорость движения транспорта ничтожна. Зато уж если есть хоть малейшая возможность обгона, пусть и прямо перед бампером несущегося на тебя по встречке большегруза или туристического автобуса — они будут обгонять во что бы то ни стало, пусть и под угрозой лобового столкновения и неминуемой гибели. Странные люди, опасный стиль вождения…нам этого никогда не понять потому что в Индии и Непале нет дорожных знаков, светофоров тоже нет. А если где-то они и установлены, на них никто не обращает внимания. Поворотниками и габаритами тоже никто не пользуется, весь язык общения между водителями — только аудирование, то есть посредством звуковых сигналов.

В-общем, выехав в 8 утра, прибыли мы в Катманду в 4 вечера, без труда нашли маленький отель со звучным названием «Tamel Inn.» (Тамель — самый туристический район города), приютившийся во дворах позади многоэтажного делового центра. Поскольку еще оставалось время, туристы очень хотели увидеть воочию кремацию, то есть похороны по обряду хинду. Дело в том, что когда в первый день тура мы посещали индуистский храм Пашупатинатх, там было необычное затишье, и за пару часов не проводилось ни одной кремации, что странно при населении города более 3 млн.человек. Я обещал туристам организовать повторное посещение храма в последний день тура. Вот этот день и настал.

*******
Присоединяйтесь к моим путешествиям по Непалу! Ближайшие туры по программе «Очарование Непала»: https://jayant.info/route/nepal/
Даты заездов:
с 24 мая по 4 июня,
с 5 по 16 июня,
с 17 по 28 июня

Десятый день в Непале: лагерь тибетских беженцев, Пагода Мира

Накупив колоритных, ярких и стильных тибетских украшений, туристы остались очень довольны посещением этого места, производящего весьма двойственное впечатление. Все-таки, жизнь в изгнании — это, по сути, ссылка, продолжающаяся годами. Можно понять надежды этих людей на то, что когда-нибудь Тибет снова станет свободным, Далай-лама вернется в Лхасу, во дворец Потала, восстановят все монастври и т.д. Но! Обьективные реалии современного мира и позиция властей КНР диаметрально противоположны.

Духовные учения Востока, в том числе проповедь Будды учат принимать мир и его реалии такими, каковы они есть, вне зависимости от того, соответствуют они нашим ожиданиям или нет. Так и в основах христианства — концепция смирения пред неотвратимой силой, величием высшего творящего начала, Бога…»Ибо неисповедимы пути Его». Не наступит мира внутри каждого человеческого существа и, соответствннно, не будет мира между людьми до тех пор, пока не придет полное, абсолютное, безусловное принятие всего таким, каково оно есть. Поскольку «все» — и есть Бог!

Пораженные смирением этих тибетских людей, живущих многие годы в изгнании, пусть и в гостеприимном, солнечном Непале, мы направились к Пагоде Мира, построенной на вершине горы, возвышающейся над Покхарой. На сей раз нам улыбнулась удача — дорога оказалась открытой. Во время подьемм мы действительно видели пару каменных завалов, последствий недавно сошедшего оползня.

С конечной остановки транспорта к пагоде ведет длинная каменная лестница, вдоль нее расположилось множество ресторанчиков, магазинов и лавок как это обычно бывает во всех туристических местах. Торгуют все тем же самым: дешевой бижютерией, мороженым, бутылками с водой. Готовят непальские блюда, так полюбившиеся на Востоке сэндвичи и даже с удовольствием едят «непальский сэндвич» — разрезанный пополам, очищенный огурец, смазанный пастой, приготовленной из жгучего перца чили. В одном кафе варят отличный непальский кофе. Женщины сидят перед входом, раскладывают на больших противнях кофейные зерна, сушат их на солнце.

Возле пагоды я уже был в феврале нынешнего года во время экспедиции «Hat Master», тогда нам немного больше повезло с погодой, был виден город и часть окрестных гор, за исключением массива Аннапурны, закрытого густыми облаками. На сей раз мы не увидели вообще ничего кроме магазинов и пагоды; атмосфера настолько непрозрачна, что густая дымка полностью скрыла от наших глаз всю красоту Гималаев. Остается лишь взять в руки продающуюся здесь же открытку с шикарным, невероятной красоты видом массива Аннапурны, снятым с этой точки и представить, что иногда здесь действительно бывает так:-) Что-ж, как говорится, в следующий раз… Природе не прикажешь.

Спускаться вниз водителю пришлось по дикой грунтовой дороге; за то время, что мы провели на пути к пагоде, дорогу вновь перекрыли, местные аксакалы сказали водителю будто бы на сей раз — надолго. Зато у нас получился кольцевой маршрут, а каменистыми серпантинами уже не напугаешь, свежи воспоминания о долгом и опасном пути из Муктинатха в Покхару. Разница лишь в работающем на сей раз кондиционере, когда можно закрыть все окна и не вдыхать густую дорожную пыль.

Десятый день в Непале: лагерь тибетских беженцев

Лагерь тибетских беженцев» — это скорее поселение, городской квартал, где компактно проживают выходцы из Тибета, начиная с 1951 года вынужденно бежавшие в Непал во время начала оккупации войсками Китая территории независимого тибетского государства. Сейчас поселок живёт своей жизнью, семьи тибетцев, не теряя надежду на возвращение Тибету независимости, занимаются повседневными делами, работают везде, где удается найти применение своим способностям и талантам.

Есть здесь выставочный центр, в котором представлены материалы о зверствах китайских военных, о роли международного сообщества в помощи беженцам из Тибета. В центре помещения установлена буддистская мандала, изготовленная из разноцветного песка. Пожалуй, это — единственный позитивный экспонат, вселяющий оптимизм. И ещё — портрет неизменно улыбающегося Далай Ламы… Мы внимательно изучили все представленные в зале материалы, включая выдержки из описаний пыток, которым подвергались заключённые тюрем Поднебесной, выступавшие за независимость Тибета.

По соседству расположены действующие мастерские, где пожилые тибетские женщины демонстрируют процесс ковроткачества. Одна их них, беспрерывно повторяя мантру, прядёт, используя веретено, вторая готовит тонкие нити к дальнейшей работе, третья, сидя за ткацким станком, создаёт конечный продукт — симпатичный коврик с изображениями забавных бычков-яков. Фотографироваться тибетские дамы не любят, потому пришлось договариваться с ними. У некоторых народов есть поверие о том, если кто-то получает ваше изображение — он забирает вашу жизненную энергию. В Тибете люди очень набожны, я в этом неоднократно убеждался во время своих путешествий по Тибетскому плато.

Следующий пункт посещения — выставка-продажа ковровых изделий, на которой есть чему удивиться даже не обладая большими познаниями в технологии ковроткачества. К тому же, увидев накануне насколько это трудоемкая и кропотливая работа, остаётся лишь удивляться усидчивости и долготерпению мастериц, руками которых создаётся эта красота. В мотивах изображений на коврах узнаются пейзажи Тибета, древние храмы, буддистские монастыри-гомпы, сценки из жизни тибетцев, священные знаки-обереги и мандалы.

Стоило подойти к магазинчикам, предлагающим разнообразные украшения ручной работы — и мы буквально «залипли» на всей этой вроде бы простой, но такой удивительной красоте. Чего здесь только нет: малы-бусы, нагрудные украшения, браслеты, перстни, кольца, серьги, мандалы, тибетские поющие чаши, колокольчики, головные уборы, тканые фартуки, маски чудовищно-прекрасных божеств, демонов и духов, ножи и многое другое.

Есть что-то особенно привлекательное во всем этом многообразии форм, некая энергетика, свойственная тибетским украшениям с их кажущейся излишней яркостью, необычной цветовой гаммой. Тот, у кого в душе живет Тибет, или, по крайней мере, глубинные, на уровне подсознания, воспоминания о прошлых инкарнациях в Тибете — тот никогда не пройдет мимо таких изделий.

Пока туристы выбирали украшения, я разговорился с одной из женщин, торгующей украшениями ручной работы. Она долго рассказывала мне о судьбе своей семьи, о незабываемой личной встрече с Далай-ламой. Мы обменялись контактами и, конечно, я просто не мог не взять хотя бы один тибетский браслет, изготовленный ее руками. Как оберег, на счастье. Кстати, когда я спросил, вернется ли она домой, в Тибет, где родилась и выросла, с случае, если он снова получит независимость, собеседница с энтузиазмом ответила:
— Конечно вернусь, это же мой дом, земля моих предков!…

На территории поселения построена небольшая буддистская ступа, действует монастырь, школа и даже ресторанчик, предлагающий блюда тибетской национальной кухни.

Десятый день в Непале: странный подземный водопад

Полностью придя в чувство после незабываемой дороги из бывшего запретного королевства Нижний Мустанг, мы с новыми силами бросились на знакомство с достопримечательностями Покхары. Арендовав для этих целей такси, чтобы минимализировать временные издержки, первым делом направились к Пагоде мира, белеющей на вершине горного гребня. Все-таки это — лучшая смотровая и съёмочная точка, с которой видна большая часть города и вершины Аннапурны.

Но обстоятельства внесли свои коррективы: подъехав к повороту на серпантин, ведущий к пагоде, мы наткнулись на временные заграждения, дорога перекрыта парой стволов бамбука, к которым прикреплен листок бумаги с надписью на непали «проезд временно закрыт».
— Что бы это значило? — Спросили мы у водителя.
— Наверное, камни на дорогу упали, здесь часто завалы бывают, — ответил он.
— Есть надежда на то, что через пару часов откроют? — Поинтересовались мы.
— Конечно, можно заехать позже.

Мы направились к водопаду, очень интересно посмотреть, как он выглядит. Мы по пути из Мустанга такие огромные водопады видели…сотни метров в высоту, с многоуровневыми каскадами! Наверное, и здесь есть что-то подобное. Смутило то, что подъехали мы к хаотичному нагромождению сувенирных лавок, между которыми на небольшом аншлаге красуется надпись «Водопад Дэвиса». Только ни скал, ни горных склонов, с которых могла бы падать вода, мы здесь не обнаружили, что уже странно.

Заплатив по 30 рупий в кассу и получив билеты, проходим на территорию, тоже изобилующую сувенирными ларьками, предлагающими стандартный набор продукции непало-индийско-китайского изготовления. К водопаду мм шли не наверх, а вниз, он оказался…подземным. Вода в течение тысячелетий промыла по естественной трещине глубокую расщелину, по дну которой действительно несётся поток, падая пенными каскадами с каменных ступеней. Подступиться к водопаду оказалось невозможно, все подступы к нему перекрыты высокой металлической решеткой, видимо, из соображений безопасности, чтобы нерадивые туристы случайно не свалились вниз со скалы. Оно и правильно:-)

Кое-как найдя точку съёмки, протиснув  сквозь стальную решетку объектив фотокамеры, удалось сделать фото водопада. Зато это лучше чем ничего. В-общем, сия достопримечательность не произвела на нас впечатления, видимо, из-за слишком больших ожиданий. Зато водопад находится непосредственно в городе; чтобы его увидеть, не надо ехать далеко в горы.

Поблизости ещё есть пещера Махендры, но туристы мои решили не искушать судьбу и в нее не ходить дабы не разочароваться. К тому же, они мне признались в своей нелюбви к пещерам. Что-ж, тогда до повторной попытки попасть к пагоде остается отправиться в лагерь тибетских беженцев и воочию увидеть, что он из себя представляет.

Восьмой день в Непале: долгая, пыльная дорога вниз. Возвращение в Покхару

Самым ярким впечатлением на пути вниз, из Мустанга в Покхару стал поселок Марфа. Да-да, именно так он и называется, остается лишь догадываться насчет родственности русского языка и непали, близкого по структуре к хинди, происходящего также от санскрита. Итак, Марфа — на удивление цивилизованный, чистый, опрятный населенный пункт, утопает в зелени яблочных садов. Через поселок проходит основная пешеходная дорожка, вымощенная каменными плитами, вдоль нее — все основные достопримечательности: уютные кафе, рестораны, гостиницы, монастыри, сувенирные лавки и т.д. Отсюда же начинается подьем в базовый лагерь вершины Дхаулагири, пятой по высоте после Эвереста.

Мы с удовольствием прогулялись по Марфе, оставившей самые благостные впечатления. На фоне неуютного, пыльного и совсем уж провинциального Джомсома Марфа — это цветущий оазис пореди высокогорной пустыни. Вот только бы еще дорога нормальная была отсюда до аэрлпорта…все туристы устремились бы именно сюда. Впрочем, мы встретили в поселке несколько иностранок, в том числе из Англии и Израиля. Здесь проходит кольцевой марщрут вокруг Аннапурны протяженностью более 200 км., но большинство туристов стартуют с другой стороны перевала, и после прохожления высочайшей точки маршрута спускаются в Джомсом, садятся в самолет, джип или автобус, и отбывают в менее суровые края, в благословенную Покхару отдыхать, греться и отмываться.

Еще нас в Марфе развеселило название одного из местных баров «Buddha Pub and Bar» да еще и с «Yak Dance». Интересно, как бы к этому отнесся просветленный царевич Сиддхартха Гаутама, он же — Будда? Иной раз люди просто не думают, когда соединяют понятия, полностью противоречащие друг другу. Наверное, в данном случае это просто здоровый стеб:-)

Ниже Марфы дорога совсем испортилась, вслед за руслом реки мы начали передвигаться по пыльным выемкам в скалах, где встречные автомобили и те, что едут перед нами, подняли такую пыль, в которой водителю не видно дороги. И это при том, что слева от нас — вертикальный скальный обрыв с бушующей внизу горной рекой Гандак, а справа — вертикально уходящая вверх скала (в Непале левостороннее движение на дорогах как и в Индии). Каким уж образом водители находят направление движения в такой пыли — остается лишь догадываться.

Вскрылась в самый неподходящий момент еще одна техническая проблема: в автомобиле сломан кондиционер, а при потере высоты за бортом становится все жарче и жарче, в салоне, соответственно, тоже. В жуткой пыли нам пришлось открывать окна, и вскоре салон превратился в один большой пылесос, внутри которого носятся пылевые вихри. Естественно, все начали кашлять и чихать. Спасали только повязки из тонкой ткани, котопыми мы закрыли нижнюю часть лица. Белая, мелкодисперсная дорожная пыль проникает повсюду, без кондиционера от нее нет никакого спасения.

По мере спуска дорога становилась все уже, транспортный поток активнее, а пыль стояла уже повсюду сплошной пеленой заполняя ущелье. Несколько раз мы попадали в длинные пробки, ждали то перерыва в работе экскаваторов, расчищающих дорожные завалы, то проезда какой-то фуры, то пока водители столкнувшихся на узкой дороге автомобилей разберутся друг с другом тем временем, когда тысячи авто ждут окончания их бесполезной дискуссии о том, кто прав, а кто виноват.

В-общем, дорога ужасна, и с течением времени здесь ничего не меняется в лучшую сторону, с каждым годом она становится лишь хуже. В бюджете Непала, маленькой развивающейся страны, серьезно пострадавшей от недавнего мощного землетрясения, нет средств на строительство дорог, тем более не первостепенной государственной важности. К тому же, в условиях самых высоких гор Земли дорожные работы — это самое дорогостоящее предприятие, требуются многомиллиардных инвестиций, а денег у страны попросту нет. Большая часть населения Непала занята в сельском хозяйстве, вторая статья доходов — туризм. Все остальное — сущие копейки.

Мы ехали в сплошной пылевой завесе, сотрясаемые во всех направлениях, и мечтали о том, как было бы здорово совершить здесь путешествие по хорошей, качественно построенной автодороге, как, например, в Швейцарии, и любоваться величественными гималайскими пейзажами, которые сейчас скрывает от нас вездесущая едкая пыль. А ведь на обочинах живут люди, всю свою жизнь живут, рожают детей, бегающих в этой пыли, дышащих ею 24 часа в сутки, сидят бабули и торгуют всякой всячиной, бродит скот, растут бананы и овощи… Вся их жизнь проходит в пылевой завесе, под грохот огромных грузовиков, раздолбанных автобусов и внедорожников… Это мы приехали-уехали, повспоминали и забыли…

В общей сложности, мы ехали с 8:30 утра и до 19:00 вечера, и это на персональном автомобиле. Автобусом — намного дольше. Самолёт летит от Джомсома до Покхары всего 20 минут, но на него уже за месяц вперёд не было билетов. По пути мы пару раз останавливались чтобы перевести дух, смыть с лица едкую пыль и подкрепиться. Обедали в придорожном кафе дал бхатом, непальской разновидностью южно-индийского тали. Поездка, как и предполагалось, получилась затяжной и утомительной, но благодаря профессионализму водителя мы ни разу ни с кем не столкнулись и не свалились с высокой скалы в условиях нулевой видимости. Нам несказанно повезло с водителем. Только вот кондиционер был сломан…

Покхара встретила царящим здесь уютом и праздничной атмосферой, мы остановились в том же отеле, что и накануне, по поездки в Мустанг.

Восьмой день в Непале: долгая дорога вниз

Если вы хотите испытать себя на прочность, проехав примерно пол-суток по самой плохой дороге в мире, то вам определенно сюда, в Мустанг! Мне это сомнительное «удовольствие» досталось в мае прошлого года, когда, вернувшись из соло-похода вокруг восьмитысячника Аннапурны, ничего не подозревая, купил всего за $9 билет на «туристический» автобус и пустился в 180-километровое путешествие из Джомсома в Покхару.
Через 14 (!!!) часов этот ад закончился, все мое сушестао, не говоря уже о теле, ужасно мучалось и болело, голова раскалывалась на части. Вернувшись через пару дней в Россию, я с радостью ездил по прекрасным (после Непала) дорогам и понял, насколько мне повезло родиться в этой стране.
И вот тспытание, теперь уже ожидаемое, повторилось вновь, правда, на сей раз не на «убитом» напрочь рейсовом автобусе, забитом доверху местными жителями, тюками, корзинами с детьми, рюкзаками и бог невесть чем. Сейчас мы отправились на вполне приличном, дорогом внедорожнике. Но впечатлений огребли не меньше!
А началось все ранним утром с того, что заказанный накануне джип, насчет которого договаривался непосредственно с водителем наш гид-портер, просто взял и уехал с другими клиентами, обманув нас и оставив без транспорта! В Непале это очень даже запросто происходит… В означенное время ждем авто, а гид звонит водителю, вначале говорит спокойно, затем уже с явным раздражением, вскоре поввшает голос, прерывает звонок и говорит: «Он — плохой человек, обманул нас и увез других туристов в Татопани (бальнеологический курорт в горах).
Я попросил его подыскать другой вариант. В течение получаса проблема была успешно решена; и мы, выйдя на автостоянку за поселком, знакомимся с молодым водителем вполне нового и кажущегося исправным внедорожника. Цена вопроса — $250, хотя вчера нам предлагали авто аж за $400?Грузим рюкзаки, занимаем места в салоне и начинаем спуск из долины Муктинатх, впереди — очень долгий и опасный путь фактически по бездорожью, потому что назвать ЭТО дорогой язык не поворачивается.
Кстати, мы пытались взять обратные билеты на самолет, но из-за позднего заказа тура клиентами время было уже упущено, на эти даты билеты полностью распроданы. Учитывая то, насколько маленький летает самолетик, и большой спрос на билеты со стороны индийских паломников, рвущихся с священную долину Муктинатх, у нас просто не оставалось выбора.
Путь до Джомсома не составил большого труда, по этой дороге мы уже ездили не раз. В административном центре Нижнего Мустанга прошли повторную, уже обратную регистрацию, получив отметки в пропусках на посещение нац.парка «Аннапурна». По пути в Покхару таких пунктов несколько, и непонятно зачем нужно регистрироваться в каждом из них, хотя дорога всего одна.
Единственная транспортная артерия, соединяющая оба Мустанга, нижний, и верхний с большой землей, время от времени прерывается и уходит на широкое, с километр в поперечнике каменистое русло реки Гандак. Подпрыгивая на крупной гальке и валунах, джип преодолевает многочисленные водные потоки, карабкается на каменистые подьемы, снова опускается в русло реки. А вокруг — захватывающие дух горные пейзажи, вершины огромных гор парят в небесной синеве, и, разумеется, наши взгляды обращены именно на них.

Седьмой день в Непале: божественно прекрасные Гималаи…

Этот день мы решили посвятить походу в Гималаи. Утро выдалось ясным и солнечным, кристально чистый воздух бодрящим холодком пооникал в легкие, стоило мне открыть окно в комнате. В шестом часу утра быстро рассвело, вскоре из-за силуэтов остроконечных заснеженных пиков показались вертикальные лучи восходящего солнца. Медленно, но неуклонно силуэты высочайших горных вершин освещались розовым солнечным светом. Радостное пение птиц даже на такой большой высоте встретило утро нового дня.
На первом этаже отеля мне, кутающемуся в непальский плед из ячьей шерсти, купленный здесь же, в Муктинатхе в мае прошлого года после спуска с перевала Торонг-Ла (5614 м), приготовили горячий масала-чай и алу-паротта (лепешка с тертым картофелем).
Вскоре ко мне, наслаждающемуся завтраком, спустились участники нашего тура по Непалу и гид Бай Ман. Не мешкая, сразу после завтрака мы отправились в путь чтобы успеть запечатлеть на фото нежное утреннее освещение. Подьем на седло перевала занял почти 2 часа; мы неспешно и налегке шли наверх, на сей раз не обремененные тяжёлыми рюкзаками. Даже фототехнику нес в маленьком рюкзаке непальский гид-портер. Оставалось лишь наслаждаться прекрасными пейзажами долины Муктинатх, раскинувшейся внизу, в межгорной котловине, где течет река Гандаки.
Слева и позади мы оставляем покрытую снегами вершину Катунг-Канг, поднимаясь все выше по каменистому склону. Скудная растительность, в-основном, предстааленная низенькими кустиками-колючками, радует нас ярко-желтыми и голубыми соцветиями, источая нежный аромат. Время от времени встречаются ручейки талой воды, текущей с ледников.
Долина активно осваивается людьми, вдоль русла реки Гандаки разбиты поля и огороды, здесь даже растут яблони! Самым затяжным является финальный участок подьема, на преодоление его требуется много сил. Зато вид, открывающийся с седла перевала, компенсирует все усилия. Перед нами, справа и слева, позади нас — огромные, покрытые вечными снегами вершины Гималаев! Катунг-Канг, Тиличо-Химал, Нилгири, Дхаулагири, пик Тукуче… Всех названий и не запомнишь, оно и не к чему, достаточно просто сесть на прогревшийся под солнцем камень и предаться молчаливому созерцанию поистине фантастического пейзажа, когда на 360 градусов вокруг тебя раскинулись огромные, божественно прекрасные Гималаи! Просто молчать и слушать тишину, это особенное, торжественное безмолвие суровых, мощных, грандиозных естественных пирамид.
Где-то глубоко внутри моего существа пробудилась и начала набирать силу мантра, священный слог «А-У-М», звучание которого наполнило пустоту первозданной красоты самых высоких гор Земли. «Аум Мане Падме Хум»…О, Истина, Сверкающая в Лепестках Лотоса».

Седьмой день в Непале: божественно прекрасные Гималаи… (Продолжение)

Путь вниз, к приютившейся на дне глубокого ущелья деревеньке Лубра занял еще как минимум два часа. Спускаться по крутой, извилистой каменистой тропе, изобилующей мелкими скользкими камнями и пылью, ох как непросто. Потому мы, никуда не спеша, внимательно смотря под ноги и не забывая любоваться горными пейзажами, медленно двигались вниз. Местами на сухих, выжженных солнцем склонах гор различимы белесые пятна соли; подземные воды в этих местах сильно минерализованы.
По дну ущелья течет узенькая змейка воды, с одной стороны к ней примыкает совершенно отвесная каменная стена, на поверхности которой навеки в неподвижности застыли древние волноприбойные знаки, оставленные на пляже морем Тетис сотни миллионов лет назад. Место это производит фантастическое впечатление, особенно когда видишь поверхность доисторического пляжа, поставленную геологическими процессами вертикально. Время в Лубре как будто замерло, это ощущение усиливается во время прогулки по единственной улочке деревни.
Заходим в крохотный ресторанчик,где в прошлом году по пути вокруг Аннапурны я пробовал традиционный тибетский хлеб. Все тот же улыбчивый хозяин зазывает нас в гости, расставляет пластиковые стулья вокруг стола (их убирают чтобы не унесло сильными порывами ветра). За год здесь совсем нично не изменилось, как будто в эффекте дежавю. Обедаем остреньким човмейном (спагетти с овощами и томатным соусом), благодарим хозяина за радушный прием и отправляемся в путь. Осталась пара километров до главной дороги от Джомсома на Муктинатх, но это — самая трудная часть пути.
Дороги здесь нет, джипы еще в прошлом году с трудом передвигались, находя брод на широком каменистом русле реки. Но сейчас единственная возможность добраться до Лубры — только пешком. По нашей просьбе гид Балман заранее созвонился с уже знакомым водителем такси чтобы тот ждал нас у «большой дороги». Все дело в том, что в это время по долине дует пронизывающий ветер, несущий тонны едкой пыли. Медленно продвигаясь по дну безжизненного ущелья, полностью лишенного какой-либо растительности, находим путь среди больших валунов и каменгых глыб, сорвавшихся с горных склонов осыпей. Чем ближе к основной долине — тем сильнее порывы ветра, несущего бурую пыль, проникающую везде — в глаза, нос, уши… При сильных порывах ветра с трудом удается устоять на ногах, тебя обдает ледяным душем, водой, сдуваемой с поверзности текущей здесь горной реки.
Из последних сил сопротивляясь порывам почти ураганного ветра, выходим в долину реки Гандак, по ней бурыми тучами несется пыль, поднятая ветром-суховеем. Ко счастью, крохотный, но спасительный автомобиль уже ждет нас, потому, наспех стряхнув пыль с одежды, запрыгиваем в салон и продолжаем свой путь, на сей раз — обратно в Муктинатх. По мере подьема по серпантину пыли становится все меньше, а в высокогорной долине стоит полный штиль.
Несмотря на усталость, после очистительного душа, смывшего дорожную пыль, я отправился в храм Вишну для того, чтобы успеть снять фото заката,обещающего быть очень живописным. И ничуть не ошибся в своих ожиданиях. По пути наверх меня приветствовали одинокие индийские паломники, спускающиеся вниз, некоторые из них складывают на счастье маленькие пирамидки из камней вдоль тропы.
Тем временем солнце медленно спряталось за горные вершины, его лучи, образовав корону, раскинулись на пол-небосвода. Между мною и картинно-прекрасным закатом в Гималаях в вечной медитации застыла статуя Будды, взирающего на заходящее солнце. Одинокая паломница в алом платье встала на колени перед Гаутама-Буддой и долго молилась, не поднимая головы, склоненной перед Пробужденным, пребывающим в Истине. Последние всполохи розового и алого, преломленные снежным пиком Дхаулагири, скользнули по его ровным граням и погасли, растворившись в ультрамариновой тени неумолимо надвигающейся ночи.