Отправив Роме сообщение в whatsapp о том, что отправляюсь в Керим своим ходом, и меня не надо ждать после занятий йогой, я продолжил свой путь вдоль линии прибоя. Дождик понемногу стих, ближе к Арамболю людей стало встречаться все больше и больше; часть прибрежных ресторанов по-прежнему работает как и прежде, до «короны», и приезжие индийцы с удовольствием проводят время там, где раньше, ещё год назад преимущественно отдыхали россияне и некоторое количество европейцев. Сейчас все принципиально изменилось, Гоа стал меккой для внутренних туристов, имеющих достаточный уровень доходов чтобы позволить себе дорогой по индийским меркам отдых у океана.
Вот уже и сам Арамболь с его легко узнаваемой бухтой, которую завершают живописные скалы, выдающиеся узким мысом в океан. Многое здесь так и не открылось в этот сезон, поселок полупустой, а на пляже в вечерний, предзакатной час в десятки раз меньше отдыхающих нежели прежде. Ещё интересная особенность — практически все ходят без масок несмотря на действующий в стране карантин. За многие месяцы локдауна и очень жёстких ограничений свободы люди попросту устали от всего этого и перестали воспринимать страшилки, транслируемые СМИ. На самом деле в Индии уже давным-давно большая,часть жителей, по крайней мере тех, кто не разучился мыслить и думать самостоятельно, прекрасно поняли что происходит, и перестали вестись на провокации.
Честно говоря, меня очень порадовал этот факт, уверен, вскоре ситуация во всей стране коренным образом изменится, и Индия одной из первых вернётся к нормальной жизни. Конечно, не к прежней, потому что в прошлое дороги нет, но несмотря ни на какие напасти индийцы остаются самими собой и с уверенностью смотрят в будущее, сохраняя здравый рассудок. Во многом им конечно же помогает религия, умение ждать и доверять. В них есть доверие к Сущему, к Богу и даже к власть предержащим. Как бы много ни говорили они о коррупции во власти, подавляющее большинство индийцев на самом деле искренне верит, доверяет правительству считая власть данной от бога. Возможно, поэтому рейтинг доверия правительству во время «короны» в Индии — самый высокий в мире [по данным международных социологических исследований]. Ничуть не сомневаюсь в этом.
Пройдя до конца пляжа, я направился дальше по узкой набережной, плотно усеянной всевозможными лавками, в-основном, торгующими одной и той же пёстрой туристической одеждой в стиле «а-ля хинду». Здесь же много бижутерии, сувениров, кальянов, бонгов, курительных трубок для марихуаны и всего такого, без чего Гоа — не Гоа. Уютный ресторанчик с видом на скалы и океан, где мы с друзьями любим посидеть компанией во время приездов а Арамболь, оказался закрыт, соседние точки общепита стоят совсем пустые. Следующая на моем пути бухта носит название КалАча, в ней — красивый пляж с одноименным названием, отличительной его особенностью является озеро Sweet lake, образовавшееся в устье маленькой чистой речки.
Теперь это — место массового отдыха индийских туристов. Правда, в конце пляжа, среди каменных глыб, где начинается скалистый берег, как обычно, возле тропы мне встретился лежащий голый мужик. Это — известный местный нудист, то ли француз, то ли итальянец, почему местный, потому что он многие годы зимует в Арамболе, ездит на велосипеде и загорает целыми днями напролет в неглиже. Все завсегдатаи к нему давно привыкли и не обращают внимания. Этот уголок пляжа называется «нудистским». Далее — узкая горная тропа, ведущая вверх по склону, затем — развилка. Если продолжить подъем, вскоре окажешься наверху, на вулканическом плато Арамбольской горы, откуда организуются полеты на парапланах. Я же пошел другой тропой, по середине склона, она ведёт в следующую большую бухту Керим.
Далеко внизу грохочут волны океана, разбиваясь о прибрежные скалы, сквозь просветы в облаках пробиваются солнечные лучи, освещая водную поверхность где-то там, далеко, у самого горизонта. Рыбацкие катера медленно перемещаются по поверхности океана, украшенной длинной солнечной дорожкой цвета червонного золота. Вдоль тропы растет множество цветов, источающих нежный, пряный аромат, над ними порхают разноцветные бабочки. Выйдя на открытое место, я присел на глыбу кирпично-красной вулканической лавы, застывшей миллионы лет назад:
— Боже, какая же здесь благодать, какое блаженство!..