Между тем мой неожиданный собеседник продолжал рассуждать о ситуации, и в каких-то вещах я с ним полностью согласен. За разговорами он настолько мастерски меня подстриг, что я даже не заметил когда успел это сделать. Казалось, прошло минуты три, а стрижка уже готова, причем все сделано именно так, как надо. Даже лезвие в опасной бритве он поменял на новое, что в Индии — большая редкость. А вы говорите о «короне»😊 Да с таким иммунитетом этот народ вообще ничем не возьмёшь, разве что на испуг (что, собственно и делается). Я остался очень доволен его работой и, выбравшись из пространственно-временной аномалии, в которую попал за разговором, расплатившись, пошел дальше по дороге в сторону Арамбольского пляжа.
Между делом завернул в подворотню, где находится крохотная пекарня, там каждый день пекут невероятно вкусные пряники. Точнее это что-то среднее между булкой и печеньем, но между собой мы называем именно пряником. По вкусу эта штука напоминает свежий бородинский хлеб, но без тмина, немного сладкая, но не приторная, в составе — тростниковый сахар джагери, кокосовая стружка и ещё что-то непонятное. По виду это именно пряник, но бед глазури,и стоит всего 20 рупий. Съедаешь одно такое пирожное — и можно больше ничего не готовить. Пожалуй, из всех вкусняшек эта — самая безобидная и низкокалорийная. Удивительно, но факт — эта мини-пекарня работает ежедневно и была открыта даже во времена локдаунов.
Настя время от времени привозит именно оттуда по несколько свежих «пряников», это для нас — альтернатива сладостям. Дойдя до выхода на пляж я не преминул зайти в кафешку «Tender coconut» (Нежный кокос) в надежде застать утренние идли. Но, к сожалению, кроме той страной штуки, которую ел здесь несколько раз по пути из Мандрема в Керим, никакой вменяемой еды с утра нет:
— Часов в 11 будет готов тали, может ещё что-то успеем, — обнадёжил меня продавец, но ждать явно не входило в мои планы, тем более большая,тарелка риса с острыми овощами — явно не то, чего хотелось бы.
Видимо, из-за отсутствия посетителей они перестали готовить по утрам. А та странная фигня с порезанным сырым репчатым луком, соусом из едкого перца чили и пакетным «хворостом» — такое мой желудок больше не в состоянии выдержать. Удостоверившись в очевидном, я направился по пляжу вдоль океана, прошел до соседней бухты КалачА, — между собой мы ее нежно называем Калачиком, — затем принял спонтанное решение не идти горной тропой вдоль океана и свернул в джунгли. Под сенью густых зарослей по-прежнему влажно, под ногами — чавкающая, промокшая почва, в этом лесу весь сезон муссонов очень важно. Словом, настоящий тропический дождевой лес — rainforest.
Речка уже не так полноводна как прежде, вода весело журчит на перекатах, перетекая из одного озерца — в другое. В месте традиционного отдыха, где выходят залежи природного пигмента — охры несколько индийцев плескалось в воде и делало селфи, я прошел дальше, перешёл речку и углубился в джунгли по своим заветным тропам. Здесь практически ничего не изменилось с тех пор как по причине аллергии мне пришлось ограничиться в передвижениях. В лесу теряешь ощущение времени, кажется, будто это не ты идёшь тропами, а все происходит будто бы во сне. Немного пришел в себя лишь возле засохшего растаманского баньяна, немного перевел дух и двинулся дальше, наверх чтобы дойти до Керима по плато.
День выдался солнечный и жаркий, явно скоро будет сильный дождь, обычно так парит именно перед очередным муссоном. Наверху ещё больше зелени, но трава не стала выше, зато повсюду расцвело бесчисленное множество цветов! Некогда пустынное каменное плато покрылось сплошным пёстрым ковром из соцветий белого, голубого,лазоревого, жёлтого, бордового цветов. Примерно так я себе и представлял бурное цветение этого места, в зимний сезон скорее напоминающего каменистую полупустыню.