Рубрика: Блог

Муссонные дожди насытили воздух влагой, испарения утренними туманами плывут над гладью горного озера, постепенно поднимаясь все выше и формируя облака, медленно плывущие по пологим горным склонам. Утренняя прохлада, в которой отчётливо слышны песни множества птиц, сменяется душной полуденной жарой, а затем вдоль гряды Гималаев наползают свинцового цвета грозовые тучи, проливаясь очередным дождем.
Вчерашний ливень с грохотом и неистовством обрушился на уютный городок, изливая потоки теплой воды, стремящиеся к озеру, по поверхности которого ветер гоняет большие колонии растений-плавунов, распустившихся яркими фиолетовыми цветами. К вечеру стихия усмиряется, сквозь тучки пробиваются солнечные лучи, по глади озера неспешно скользят лодки, катающие туристов, приехавших преимущественно из Индии и других регионов Непала.
В любимом семейном кафе, где столуюсь уже не первый год, меня принимают как члена семьи, изучив мои бесхитростные гастрономические пристрастия, сразу готовят то, что обычно ем, два раза в день, утром и вечером. Их маленький сынишка немного подрос, уже не ползает под столами, а самостоятельно забирается на соседний стул и начинает общаться со мной детским лепетом на языке непали, которого я не знаю. Стоит прийти в кафе — он тут же мчится навстречу и пытается со мной общаться. Думаю, хотя бы отчасти мы с ним друг друга понимаем несмотря на языковой барьер.
Хозяйка с улыбкой несёт мне чашку чая, перед этим совершив утреннюю пуджу (молитву), обходя кафе с горящими в руке благовониями и звонким колокольчиком. Каждое утро в специальной бронзовой жертвенной чаще — свежие цветы. Таковы традиции последователей Хинду. Иногда семья ходит в храм, расположенный неподалеку.
На узкой, маленькой улочке все — свои, здороваемся друг с другом, справляемся о том, как идут дела. После завтрака я всегда направляюсь на берег озера Пхева, где в тени раскидистых деревьев подолгу сижу на прибрежных камнях, медитируя, и наблюдая за неспешной активностью местных жителей, управляющих разноцветными лодками, перевозящих на них разные грузы на противоположный берег озера.
Использование моторной техники на Пхеве запрещено чтобы не нарушать тишину, и это очень правильно. Грести приходится одним веслом попеременно то с одной, то с другой стороны, сидя на корме. Но я видел и маленькие, совершенно бесшумные электрические моторчики, установленные на некоторых лодках. Судно бесшумно скользит по поверхности воды, не нарушая идиллическую тишину и покой горного озера.
По вечерам, после дождей и гроз я вновь прихожу на берег, уже в другое место, откуда удобнее наблюдать закат. Вчера и сегодня маленький рыжий щенок, живущий на набережной, приходит играть. Он незаметно подбегает ко мне, сидящему на берегу, сзади, встаёт своими тонкими лапками мне на плечи и начинает лизать мои уши? Беру его на руки, тискаю, и играю с ним. А одежда — не проблема, выстираю.
В вечернее время множество людей выходит на берег, небольшими группами и поодиночке рассаживаются на траве. Кто-то общается, кто-то ест, многие снимают селфи на фоне озера. По набережной постоянно движется змейка людей, и все — такие разные. Рядом с пристанью местные мужики и подростки терпеливо стоят с улочками и ловят рыбу, причем очень успешно.

Мне нравится присутствовать во всем этом благодатном пространстве, которое представляет из себя внесезонная Покхара. Относительно тихое, уютное и недорогое место в Непале, где можно себя чувствовать практически как в Гоа. Только вместо Аравийского моря — пресные воды горного озера Пхева.

День за днём, здесь становится жарко. Индийская обволакивающая жара и духота медленно, но верно добирается до Непала даже несмотря на относительно большую высоту этих мест над уровнем моря. Вчера и сегодня днём воздух прогревается до +35*С и душно, потому что он насыщен испарениями влаги, проливающейся с ежедневными дождями. Это — особенность муссонного климата, потому в летние месяцы здесь практически нет туристов, разве что кроме самих непальцев и жителей Индии, которым в Непале вполне комфортно после невыносимо жаркого и душного индийского климата.

К моей радости в Покхаре все как-то затихло, не считая ночных шабашей посетителей «дурного» бара, но тут уж ничего не поделаешь — коррупция:-) Кто читал мои предыдущие статьи — помнят о чём идёт речь. Обстановка для творчества и релаксации здесь просто идеальная; судя по всему, некоторые одиночные иностранцы проводят в Покхаре лето именно по этой причине. Вот и мне впервые пришлось пережидать индийские муссоны в столь благословенном месте.

Вчера, когда сидел накануне заката на берегу озера Пхева, ко мне прибежал маленький пёсик и начал играть, покусывая руки, ноги, с разбегу запрыгивая мне на спину сзади. Пришлось прекратить медитацию и заняться собачонком. Наигрались мы с ним вдоволь, видно, зверёк проникся моей добротой и снисходительностью, стал забираться на колени, обниматься со мной. Так мы за игрой чуть не пропустили момент захода солнца за горные вершины. Вскоре пришел местный мальчик, взял на руки пса и продолжил с ним играть, что-то говоря собаке на языке непали. Впрочем, зверёк на эти слова и повелительную интонацию ребенка вполне адекватно реагировал, даже иногда слушался его, прекращая попытки покусывать запястья как это обычно любят делать щенки. Вскоре подошёл ещё один мальчик, постарше, и начал отбирать пса; между детьми завязалась шуточная потасовка, а животное, вырвавшись, с любопытством наблюдало за возней двух мальчиков, один из которых в итоге уложил второго на лопатки.

На берегу озера вечером собирается народ: кто-то прогуливается по дорожкам, многие сидят в прибрежных кафе и ресторанах, иные просто рассаживаются на траве и делают бесконечные фотосессии друг друга. Особенно много сюда приходит индийских туристов и местной молодежи. Юноши и девушки в Непале очень спокойные, улыбчивые и добродушные, с радостью поддерживают разговор, если к ним обращаешься с вопросом. Да и вообще, в-целом, непальцы в разы спокойнее, сдержаннее и воспитанные индийцев. Здесь никто не будет разглядывать вас в упор, хватая за одежду и насильно делая селфи с вами. Непальцы себе такого не позволяют. Все же, менталитет горцев сильно отличается, это отчётливо видно даже в Индии, когда путешествуешь на север страны, в Гималаи. Индия и Непал — страны многонациональные, при должной наблюдательности со временем легко отличить друг от друга представителей той или иной национальности как по внешности, так и по манере говорить, одеваться.

После моего возвращения из поездки в Читван и в пещеру Сиддха прошла ровно неделя; время в Покхаре как бы растягивается, ощущение его течения здесь совсем иное. Возможно, сказывается своеобразный климат, либо близость священных горных вершин. Не случайно Аннапурну, у подножия которой раскинулся город, назвали именем божественной супруги господа Шивы, а пик Мачапучаре отождествляется с самим Шивой как его земная обитель. Хорошо когда есть время и возможность подумать, заняться собой, приведением в гармоничное состояние своих мыслей и чувств.

Мягкая, оптимальная для жизни в период летних муссонов погода, характерная для этой части Непала, меня восхищает! В отличие от душной Индии, где сейчас хлещут проливные дожди при невероятно высокой температуре воздуха, здесь умеренно жарко и комфортно. С раннего утра светит солнце, радостно поют птицы, к обеду воздух прогревается до +30, а после 3-4 дня небо заносит грозовыми тучами, быстро темнеет и начинается гроза.

Пролившись свежим, теплым ливнем, она уходит дальше, над озером Пхева торжественно садится солнце, картинно распуская тонкие лучики, пробивающиеся через остатки грозовых туч; до позднего вечера устанавливается мягкая, прохладная погода с температурой +18, повсюду стрекочут цикады, летают (именно летают!) светлячки, расчерчивая ночной воздух своими зеленоватыми фосфорическими искорками… А ближе к полуночи небо вспыхивает молниями, раскаты грома свидетельствуют о приближении грозового фронта, и вновь начинается дождь.

При такой погоде точно не соскучишься, она очень оптимальна и разнообразна. Повсюду свежая зелень, от обилия влаги расцветают все растения, созревают плоды на деревьях личи и манго. За моим окном, за рамой маленькая птичка свила крохотное гнёздышко и сидит на яйцах, согревая их своим теплом и защищая от алчных ворон.

Когда прогуливаюсь по уютному кварталу Лэйксайд, часто смотрю под ноги чтобы не запнуться о лежащих повсюду пушистых, сытых, благостных и явно любимых непальских псин. Местные собаки вызывают у меня умиление, до того они самодостаточны и обласканы людской заботой! В Индии собаки тощие, голодные, почти без шерсти и часто плешивые, многие явно страдают болезнями. Индийские псы все время голодные, по ночам сбиваются в стаи и бывают очень агрессивны по отношению к людям.

Мои ежедневные дела стали настолько упорядоченными и приятными, что, вспонимая монотонный и изматывающий график работы «на дядю» и «на государство», невольно поеживаюсь от несопоставимости получаемых впечатлений и эмоций. Совершенно иные ощущения от жизни, как будто до того было «чистилище» с нескончаемыми стрессами, темными энергиями, получаемыми через окружающих людей, с потоком ненужной информации, разрушающей психику и зомбирующей, провоцирующей на негатив. Сказывается близость Гималаев, священных горных вершин Мачапучаре и Кайласа. Здесь по-другому дышится, мыслится и творится.

Вчерашней ночью, правда, шабаш на улицах Покхары повторился, на сей раз в честь выходного дня упившиеся и обдолбаные посетители местных ночных заведений устроили массовую драку, с часу ночи и до 3 утра район оглашался дикими воплями, душераздирающим бабским визгом, грохотом мотоциклетных движков. Потом стали бить бутылки, стекла и, судя по всему, вообще начались массовые беспорядки.

За два часа битвы, по звукам, похожей на революцию или ночные уличные бои, полиция так и не приехала. Утром все было тихо, местные делали вид, что ничего и не происходило вовсе, хотя у всех был заспанный вид. Есть здесь одно ночное заведение, которое пользуется дурной славой, и все эти шабаши берут начало именно оттуда. Упившись и обдолбаашись наркотой, местная молодежь устраивает бойни и разборки между собой, а полиция не обращает на это никакого внимания. На мой вопрос о том, почему бы не навести властям порядок раз и навсегда, жители района лишь разводят руками и тихо, вполголоса говорят как бы в оправдание бездействия властей: «коррупция…»
Впрочем, какая разница, главное — туристов не трогают, их эти местные разборки не касаются.

А, в-остальном, покхаровский Лэйксайд — идеальное место для жизни и творчества, со всеми доступными удобствами и очень мягким климатом. И, конечно, немаловажную роль играют цены, они здесь очень разные, на любой вкус и кошелек. В России говорят «зимовка, перезимовать», а здесь можно сказать «переждать муссоны». Потому что лето в Южной и Юго-Восточной Азии — это период сильных дождей и гроз.

Вторая ночь в Покхаре оказалась похожей на триллер о пришествии на Землю могущественных инопланетных захватчиков. С вечера шел теплый дождик, и я сладко уснул под его убаюкивающие шелестящие звуки. Снилось что-то доброе и красивое, и вот среди всего этого благостного астрального мирка вдруг послышались вначале издалека, а затем все ближе некие техногенные скрежещущие звуки, описать которые практически невозможно. Но очень страшные…такие были в одном из фантастических фильмов с как всегда грозным названием, сюжет его сводился к тому, что Землю захватывают некие инопланетные существа, использующие огромные транспортные средства в форме осьминогов, бродящие по городам испепеляющие все вокруг своими аццкими лучами.
Так вот, звуки, символизирующие конец света, все приближались, а в унисон им с неба послышался оглушительный грохот, и все вокруг засверкало. Я проснулся в холодном поту, спросонья, в темноте решил было, что началось мощное землетрясение (которое, кстати, прогнозируют сейсмологи в этом районе). Здание вибрировало как карточный домик на ветру, вокруг грохот, вспышки и эти странные душераздирающие звуки. По законам жанра, когда я попытался включить свет, нащупав на стене выключатель, электричество оказалось отключено.
— Если трясет — надо бежать на улицу чтобы успеть до падения здания. Если бежать поздно — хотя бы встать под дверную или оконную балку. — Пронеслось в голове из инструкции по спасению во время землетрясений, которые (ко счастью, не слишком сильные) мне приходилось переживать, и не раз.
Но все оказалось банально просто: ровно в 2 часа ночи закрылись местные питейные заведения и клубы, разгоряченная непальская и индийская молодежь высыпала гурьбой на улицу, расселась по мощным байкам без глушителей и устроила покатушки по пустым улочкам туристического района Лэйксайд, где я, собственно, и живу. Рев двигателей вкупе с громом и молниями, да ещё с пьяными воплями и женским визгом дополнили апокалиптическую картину.
— Ух, слава Богу не война и не землетрясение, — воздал я хвалу Небу и попытался заново уснуть. Куда уж там, если просыпаешься в такое время, да ещё после мирного сна попадаешь в этот хаос, уснуть вновь нет ни малейшего шанса. Пришлось протупить пару часов в Интернете. Под утро меня сморило, к тому же гроза прошла, черти со своими чертовками на байках разлетелись по домам и по нумерам, электроснабжение восстановилось, за окном запели первые птицы, предвосхищая утро нового дня.

Возвращение в горную Покхару принесло долгожданное облегчение; здесь уже не так жарко как в равнинном Непале, в том же Читване, где воздух прогревается до 40-45 градусов, а вечером и ночью проливаются дожди, испапяясь, повышающие влажность воздуха, отчего становится душно. Наверное ещё и поэтому в середине прошлого века западные хиппи создали на берегах озера Фева свою коммуну. Климат уж очень напоминает Гоа (освоение обоих мест шло одновременно, до того об индийском Гоа как туристическом рае и понятия никто не имел).

Поселился я, благодаря предварительной договоренности с хозяевами, в маленьком двухэтажном гостевом доме, где останавливался и в прошлом году, и в феврале нынешнего. За ту же цену в $5 за ночь живу в комфортном, чистом двухместном номере с горячей водой, душем и без богатой тропической фауны всевозможных тараканов, ящериц, змей, пауков и прочих не самых приятных существ, особенно когда они по тебе среди ночи бегают, ползают или танцуют на твоей голове:-) Единственная опция, которая не работает в номере — это потолочный вентилятор, хотя он сейчас и не нужен, днём всего то +30, а это для меня, — ныне постоянного жителя жаркой Индии, — лёгкая прохлада. В номере есть даже уютное плетёное кресло, в котором можно растянуться и писать пассажи о путешествиях.

А ещё прямо за окном — маленький сад, где хозяйка заботливо разводит всевозможные экзотические цветы, растет араукария и дерево личи. В прошлом году ещё высокий куст марихуаны красовался прямо посреди сада, сейчас нет, видимо, скурили постояльцы (или хозяева). После традиционного для меня вечернего променада по всегда людной набережной озера Фева и медитации на прибрежных камнях спалось волшебно и сказочно, снились добрые, полноцветные сны «реальней реальности». Ещё есть большое преимущество у огромной двухспальной кровати — на ней можно вытянуться во весь рост в любом направлении, хоть вдоль, хоть поперек, да хоть по диагонали . И, главное, ночью было тихо, никакого шума.

Утро нового дня встретило меня радостным пением птиц, ещё задолго до рассвета их трели заполняют пространство, готовя этот божественно прекрасный мир к восходу Сурьи, бога солнца. Его первые лучи нежно освещают грани величественных гималайских пиков, устремленных в бескрайнее синее небо, навстречу космическим энергиям любви и добра. Мир наполнен совершенством и благодатью Высшего Присутствия, именно таким он создан в сознании Бога, и если он не искажается кривым зеркалом нашего невежества, то для каждого из сущих в нем мир наполнен бескрайним изобилием и благостью. Бог создал эти миры для собственного наслаждения, созервательно присутствуя в каждой мельчайшей частичке мироздания. И если наше сознание со-настроено с частотами вибрации Абсолюта,  Сверхсознания Великого Лицедея — нам не о чем беспокоиться. Мир совершенен. Несовершенство — лишь плод нашего ума и эго.
Сурья Намаскар… Ом Шанти Ом…

Старенький автобус совсем не туристического класса несся по извилистой горной дороге, истошно сигналя на поворотах и пытаясь обогнать все, что движется. Казалось, водитель хочет оказаться первым в раю, стремительно несясь навстречу неизвестности. Это — восточный стиль вождения, и тут уж ничего не поделаешь. Я занял место сзади, рядом с заспанным непальцем, поставил свой маленький походный рюкзачок на колени и предался приятному ничегонеделанию, созерцая проносящиеся за окнами пейзажи. Через открытые окна в салон врывался свежий горный воздух вперемежку с запахом гари и копоти от натужно ползущих в гору большегрузов.
В проходе лежали многочисленные мешки с рисом, подступы к заднему ряду сидений забаррикадированы кучей тюков с неизвестным содержимым. Люди здесь используют общественный транспорт ещё и как грузовой, для транспортировки любых грузов, причем не только пассажиры, но и водители с кондукторами. Судя по всему, это для них форма дополнительного заработка в виде доставки «попутного груза». Причем, и в туристических автобусах ситуация такая же, просто в них имеются снизу багажные камеры, где и перевозятся тонны продовольствия, запчастей, отделочных материалов и т.д.
До Покхары с меня взяли 200 рупий (116 руб.), при расстоянии в 70 км. это — сущие копейки. Очень порадовало то, что автобус не стоял у каждого столба, кондуктор постоянно высовывался в двери или в окно и громко кричал «Покхара!»; кому надо — тот услышит и запрыгнет на ходу. В одном месте автобус неожиданно затормозил на обочине, вдали от населенных пунктов, почти все пассажиры мужского пола вышли и справили малую нужду тут же, на обочине. Вполне по-непальски, хорошо что хотя бы отвернулись от дороги в отличие от индийцев. Пит-стоп завершился, и мы рванули дальше.
Впрочем, не все так просто, моя радость была явно преждевременной. До Покхары оставалось ещё 30 км., и в каком-то городке большая часть пассажиров вышла, кондуктор и мне показал жестом, что пора выходить.
— Уже Покхара? — Удивился я, глядя на навигатор.
— Нет, в Покхару — следующий автобус. — Объяснил он, указывая на стоящий поблизости ну очень локальный бас? Ко счастью, мне удалось найти место, протиснувшись по узенькому проходу, сев в совсем крохотное кресло, упёршись коленями в спинку предыдущего сиденья. Такие автобусы, наверное, специально выпускают для стран, где население низкорослое и очень худое, даже мне с моей астенической комплекцией и невысоким ростом в 176 км тесно.
Благодаря усилиям кондуктора салон набился под завязку, после чего мы наконец-таки тронулись. В дверь зашла явно разгневанная непальская женщина, кричащая в мобильник, тараторящая с такой скоростью и громкостью, что у меня заложило уши. Отвратительный, истеричный голос строчил что-то явно злословное со скоростью станкового пулемета… И тут мне пришла мысль: «Господи, какое счастье, что я один и никогда не был женат!»? Это сейчас, благодаря практикам йоги я искоренил в себе агрессию, свойственную молодости. Но если бы лет так 15 назад на меня кто-либо так верещал — я бы, наверное, источнику этого визга сразу свернул шею.
Мы останавливались через каждые пару минут, высаживали и подсаживали пассажиров, а мерзкие вопли с заднего ряда сотрясали салон. Предусмотрительные непальцы почти все, не сговариваясь, вставили а уши наушники и погрузились в виртуальный транс, уткнувшись в смартфоны. Мне ничего не оставалось кроме как плотно заткнуть уши пальцами. Но, несмотря на сдавливание ушей до боли, мерзкие крики проникали, кажется, во все уголки Вселенной. М…да, мы пришли в этот мир учиться Любви и Состраданию… Господи, ты создал эту женщину, как все прочее, если у нее есть муж — это, пожалуй, самый несчастный человек на свете, я знаю, в награду за нечеловеческие страдания Ты даруешь ему Просветление уже в этой жизни прежде чем она сведёт его в могилу!
Видимо, вняв моим молитвам, боженька смилостивился, и во внезапно наступившей тишине я увидел, как источник высокоскоростных воплей выходит из автобуса. Аллилуйя! Едем дальше. Оставшиеся 30 километров растянулись на два часа, казалось, мы перевезли за это время как минимум половину жителей Непала. Вот уже и Покхара, знакомые очертания горных склонов, улочки и разноцветные домики. Благодаря навигатору я сориентировался где нужно выходить, потому что автобус сворачивал в сторону с основной дороги.
На знакомой по поездке в пещеры летучих мышей и Махендры остановке сажусь в городской автобус, и всего за 20 рупий с комфортом доезжаю до берега озера Фева, где первым делом купил килограмм спелых манго. Сезон этих вкуснейших фруктов, к сожалению, заканчивается, зато уже поспели личи.

Страны и города, деревни и села, горы и океаны, пустыни и джунгли… Столько разных мест посещаем за свою жизнь, столько разных событий проживаем, получая тот или иной опыт, необходимой нашей душе для дальнейшего роста и развития. Только что общался с одними людьми, несмотря на огромную разницу в языке, культуре и традициях, обсуждая вечные темы любви, добра и зла, божественного присутствия… Спустя некоторое время будут уже другие люди рядом. С кем-то бывает расстаться просто, с другими нас связывают незримые нити дружбы, любви и благодарности…

Но как это прекрасно — быть свободным! Просто быть, перемещаться во времени и пространстве, не навесив себе ярлык той или иной самоидентификации. Уже давно, когда меня кто-либо спрашивает о том, откуда я, подразумевая традиционно из какой страны, с нескрываемым удовольствием ломаю устоявшиеся схемы, отвечая: «Я из Космоса, я — часть Вселенной, гражданин мира! Какая разница как выглядит это тело, светлая у него кожа или темная, голубые у него глаза или карие? Мы не есть это тело, мы — значительно большее, целая Вселенная вмещается в нас, а мы вмещаем ее. Я — высшее Присутствие, часть Бога. «Я есть атма, я есть Брахман».

Конечно, пишу не обо всем, есть ещё много глубинных аспектов, духовного опыта, взаимоотношений с людьми, которые остаются «за кадром». Это — слишком личное, то, что пришло только для меня, по совокупности кармы, и уйдет со мною, с этой вечной душой дальше, в Космос, в безбрежный поток искрящихся энергий!

Над Бималнагаром нависли серые дождевые тучи, облака клубятся совсем рядом, над крышами маленьких, уютных домиков людей, живущих в этой крохотной непальской деревеньке практически натуральным хозяйством: пасут коз и буйволов, растят рис да кукурузу, воспитывают детей… Простые, радушные, гостеприимные, бесхитростные люди. Если любят — так прямо и говорят об этом, если не понимают — переспрашивают, если уходят, то навсегда. Глянцевого двуличия обитателей больших мегаполисов в них нет и тени.

Пока находился в раздумьях, глядя на то место, откуда только что пришел, ко мне подошла местная девочка, и на хорошем английском спросила, требуется ли мне помощь. Мы некоторое время разговаривали с ней, пока не подошёл мой автобус до Покхары. Что-ж, до новых встреч, священная пещера Сиддха… Что-то здесь со мной произошло за это время, какой-то очень важный духовный опыт получен, ещё не осознаваемый в полной мере, но ощутимый. За годы медитаций и йогических практик я научился чувствовать это, то, что составляет основу нашего жизненного опыта, приходит в виде тонких энергий на уровне бессознательного. Посмотрим, как развернется этот опыт в дальнейшем, какое у него будет продолжение…

Сиддха… На санскрите — «сверх-способность» — свойство, присущее йогам высокой духовной реализации на пути в Истину. Когда йог выходит с физического уровня на астральный, с астрального — на ментальный, вся картинка иллюзии для него постепенно открывается, он знает как управлять мыслями, желаниями, эмоциями и, соответственно, физическим телом. Он может остановить на некоторое время сердце, перестать дышать, есть, спать и т.д. Ему открываются сиддхи — сверхспособности. На этом уровне духовного развития сиддха-йог может практически все, ему открываются способности, недоступные духовно неразвитому человеку.

Но есть и оборотная сторона — это духовная гордыня. Очень многие йоги на этом и останавливаются; они, попав под власть духовной гордыни, начинают демонстрировать свои сверх-способности, зарабатывая на этом признание и деньги. Но Высшее вскоре восстанавливает баланс; заблудшие души быстро теряют весь свой духовный опыт, способности исчезают, а вместе с тем приходит понимание иллюзорности и этого этапа развития. Потому что истинная Причина — не в нас, а в Нем. Он — одновременно наблюдающий, наблюдаемый и сам процесс наблюдения. Он дарует, и Он отнимает. Это не в нашей власти.
Сиддха….

В гостевом доме, что на окраине деревни Бималнанар, я провел двое суток, в-принципе, ничуть не пожалел о том, что отменил ранее сделанную бронь в соседнем туристическом городке хотя бы потому, что окунулся в атмосферу деревенской жизни. Конечно, есть здесь и свои особенности, а именно: в лодже по ночам спишь как в зоопарке, повсюду ящерицы (размером сантиметров до 30-40), гекконы, большие пауки, по ночам деловито шуршат закрытым мусорным пакетом тропические тараканы в палец величиной, всевозможные летающие насекомые… Тропики, что тут поделаешь, либо надо обеспечивать полную герметичность помещений чтобы не было ни единой щелочки, либо принимать как должное. В течение ночи приходилось вставать, гонять живность, а против слишком наглых и тапок в ход пускать:-)

К семье, содержащей лоджи и ресторанчик, приходят по вечерам друзья из деревни, начинается ночной жор, ор и потребление пива, сопровождающееся очень громким общением. Это и для российских деревенских жителей характерно — громко разговаривать, а в Индии и Непале, где жуткая перенаселённость, люди, чтобы друг друга услышать, по нашим меркам не говорят, а кричат. А уж если пошло в ход пиво — гвалт стоит тот ещё. Я не стал с ними говорить на эту тему и вступать в полемику хотя бы потому, что был единственным постояльцем , к тому же, «со своим уставом в чужой монастырь…» Спать они ложатся очень поздно, после полуночи, а в 5:30 утра уже снова галдят и хоркают. Почему-то каждое утро очень громко хоркают, может быть, у них иначе носоглотка устроена? Понятия не имею, но у меня даже специально такие звуки издавать не получается, видимо, анатомия не та:-) Кстати, есть ответ на этот вопрос — при постоянном употреблении слишком острой пищи в носоглотке за ночь скапливается слизь, которую жители южных стран и отхаркивают с таким усердием, что того гляди, мозги выскочат наружу. Ужинают поздно, часов в 9-10 вечера, и очень плотно. Сам я после 6 вечера вообще ничего не ем и не пью жидкость, поэтому для меня эта особенность тоже выглядит странной.

Вчера компания замолкла на удивление рано, уже в 9 вечера наступила тишина, в которой слышны были звуки природы: стрекот цикад, сверчков, крики ночных птиц, шелест крыльев летучих мышей… Народ, судя по всему, уехал в деревню. Но в час ночи часть из них вернулась, и пока не отбились, очень шумно общались. Впрочем, уже в 5 утра началось движение, разговоры и хорканье. И когда они умудряются спать? Наверное, днём, во время жары.

Под звуки лёгкого утреннего дождя я, собрав рюкзачок, заказал лёгкий завтрак, пообщался с персоналом, как говорится, за жизнь, расплатился за простой и еду, и направился с лёгким сердцем на большую дорогу, ловить автобус до Покхары, где меня ждёт походный рюкзак и уютный гостевой дом, в котором пару раз останавливался в прошлом году. Надеюсь, тараканов они там не развели:-)

Эта часть пещеры изобилует натечными формами кальцита: во многих местах стены ее покрыты застывшими «водопадами», образованными сталактитами и сталагмитами, здесь много сталагнатов — каменных колонн. С течением тысячелетий вода, просачиваясь по трещинам с земной поверхности, приносила мельчайшие частицы извести, наслаивающейся тончайшими пленочками друг на друга. В результате этого длительного процесса, с одной стороны, выщелачивания, то есть растворения извести, с другой стороны — ее переотложения, кристаллизации, появились удивительные натечные образования, возраст многих из них превышает многие десятки и сотни тысяч лет. Конечно, большинству этот процесс в теории хорошо известен, но я, всякий раз отправляясь во все новые для себя пещеры, не перестаю удивляться красоте и древности этих природных образований.
Гид мне указывал на «слоников» и «гномиков»; как и во всех сталактитовых пещерах, людям свойственно фантазировать и давать название этим нерукотворным кальцитовым скульптурам. Но я всегда вижу в них красоту и величие Творящего силою божественной мысли, великолепие форм и красок. Свод пещеры стал совсем высоким, а пол ушел далеко вниз, где зияет глубокий провал. Мы спустились по лестницам, закреплённым на скользком, крутом склоне, на дно огромного вертикального зала; в свете фонаря, далеко наверху висят вниз головой летучие мыши, характерный запах их фекалий исходит от пола пещеры. Ещё ниже ведёт провал, но туристов туда не водят — опасно. Снизу слышен шум подземного водопада.
— Под нами течет водный поток, судя по звуку? — Спрашиваю молчаливого гида.
— Да, там целая река с водопадами. — Отвечает он.
Некоторые, особо любопытные летучие мыши срываются с мест своего дневного убежища и пытаются пикировать на свет наших фонарей. Пройдя немного в сторону, обнаруживаем ещё одну подземную галерею, стены которой покрыты «кораллитами» — напоминающими кораллы по форме кристаллическими сростками кальцита. Здесь проходимая часть пещеры заканчивается, впереди — стена, из которой, застыв навеки, на нас устремляется окаменевший водопад!
Мы поворачиваем обратно, гид предлагает мне воспользоваться веревпой, а не идти по лестнице. Взбираюсь по скользкому кальцитовому «водопаду» и, попав в большой зал, не могу удержаться от соблазна пропеть мантру. Получив согласие гида, пою «Ом Намах Шивайе», гулким эхом распространяющееся по подземным лабиринтам священной пещеры. Рядом, среди каменных колонн, в полости, напоминающей круглую комнату для медитации, установлен шивалингам и посох Шивы, символизирующий триединство миров: созидание (Брахма), сохранение и созерцание (Вишну), мудрое разрушение (Шива).
Подойдя а входному гроту в пещеру, вижу своеобразный алтарь, на котором роль изображений выполняют сталагмиты, присыпанные красной охрой и обвязанные оранжевыми лентами. Необычное место…от пещеры не хочется уходить. По древней индуистской традиции звоню в один из колокольчиков и, поблагодарив гида за долготерпение, медленно бреду по ступеням вниз.
Кстати, ранее, при сборе материала о пещере Сиддха на просторах Интернета, мне не попалось достойных фотографий ее внутреннего каменного убранства. Непонятно было, что же там внутри. Поскольку в пещере не проведено электричество и нет освещения, люди попросту не могут ничего снять, разве что кроме входа. Мне, благодаря помощи гида с его фонарем, мощному светодиоду, вмонтированному в смартфон, и возможностям фотокамеры, удалось сделать серию снимков, пожалуй, первых из тех, что дадут будущим посетителям представление о пещере. Надеюсь в следующий раз снять и большие залы, для чего необходим комплект из нескольких синхронизируемых с пульта фотовспышек.
Пройдя немного вниз, я присел на каменные плиты сонастроиться с энергетикой жаркого горного дня. После посещения пещеры требуется некоторое время, чтобы прийти в себя…

От остановки до гостевого дома, где мне предстоит провести пару дней, оказалось совсем недалеко. Навигатор вывел меня дворами на узенькую асфальтированную дорожку, ведущую наверх по горному склону, и возле большого, старого дерева с развесистой кроной я увидел указатель с названием гестхауса. Слегка проголодавшись, первым делом позавтракал, заказав самую простую еду из меню. Очень приятное  место, всего три маленьких домика-лоджи для гостей, отдельный дом для кухни и конторы, пара тенистых беседок под плодовыми деревьямм, большая беседка-кафе с террасой и шикарным видом на горы. Внизу — плантации кукурузы и совсем крохотная деревенька.

Поселившись во вполне уютный коттедж со всеми удобствами и собственной ванной комнатой и не откладывая на потом то, что можно сделать сегодня, я направился к пещере Сиддха, судя по найденному ранее описанию, расположенную высоко на горном склоне. Сразу за коттеджами начинается дорожка наверх, к пещере, причем она вся забетонирована и снабжена ступенями для удобства подъёма. Сколько ступеней я прошел примерно за 45 минут подъёма — честно говоря, не считал, пришло это в голову только в момент возвращения, но было уже поздно и лень:-) Но как минимум несколько тысяч ступеней нужно пройти прежде чем окажешься у входа с пещеру.

Дорожка идёт по красивому тропическому лесу, где по деревьям карабкаются наверх лианы, цветут орхидеи, поселившиеся на древесных стволах, весь подлесок порос папоротриками. И повсюду летают огромные разноцветные бабочки, весело поют птицы и стрекочут цикады… За созерцанием этой первозданной красоты я медленно и неуклонно поднимался по пролетам «лестницы на небеса» все выше и выше, до тех пор, пока не показался оборудованный вход в пещеру. По пути встретил лишь двоих парней — непальцев и пару дам, устало бредущих по ступеням вниз. При входе устаноален аншлаг с планом пещеры и памяткой, повествующей о правилах ее посещения.

Без гида заходить внутрь не разрешается, почему — понял чуточку позже. Уставшей от жары даме-кассиру плачу 200 рупий, 100 — за входной билет и еще 100 — за сопровождение гида. Входной грот пещеры Сиддха совсем небольшой, в нем установлена звонница с тремя колоколами, возле которой на привязи скучает пёс. Далее — несколько шивалингамов естественного происхождения (сталагмиты), покрытые оранжевыми лентами и алым освещённым порошком.

Гид — измождённый жарой непалец средних лет, почти не говорящий по-английски, зато имеющий с собой большой, мощный фонарь. Освещения и прогулочных дорожек в пещере нет, она лишь оборудована парой металлических лестниц-стремянок, установленных там, где по скользким натечным образованиям кальцита вниз не пройти, разве что скатившись кувырком.

Протяженность основных ходом пещеры Сиддха — более 470 м., максимальная глубина — 45 м. То есть, сама по себе пещера совсем не маленькая, на знакомство с ней требуется время. Гид как-то совсем быстро начал скакать по скользкому наклонному полу и убежал далеко вперед. Но я решил идти в своем темпе, включив светодиодный фонарик на смартфоне, освещения которого достаточно, чтобы видеть дорогу. К тому же, вначале нужно несколько минут постоять в темноте, после яркого солнечного дня глаза должны адаптировались к почти полному отсутствию света.

Пещера окружила меня высокими известковыми стенами, покрытыми натечными образованиями кальцита и погрузила в приятную прохладу; за узким входом, частично заваленным каменными глыбами, открылись обширные подземные полости, ведущие в просторные залы и галереи. В наступившей тишине лишь слышится звук крыльев летучих мышей, потревоженных незванными гостями, да их пронзительный писк где-то высоко под сводами. Вначале мы ушли в боковлй ход-коридор с невысоким сводом, вскоре достигнув тупика. Затем, вернувшись обратно, направились в основной ход пещеры, которая становилась все больше и больше. Даже световое пятно от яркого фонаря моего сопровождающего не давало представление о том, насколько высоки ее своды.