Издалека послышался шум, который все нарастая, заполнил пространство вокруг. Фоновая болтовня множества умов, неприятные, громкие фразы на незнакомом, грубом языке… Вокруг началось движение, меня несколько раз толкнули. Все верно — это пришли индийские грузные тетки, разгребая все на своем пути, они громогласно обсуждали с дедом-брамином цену вопроса, сколько платить за какой-то там ритуал. И, хотя я был в дальнем углу, им зачем-то потребовалось меня толкнуть несколько раз. Даже собаки, коровы и обезьяны не мешают мне медитировать, они разве что могут присесть или прилечь рядом, аккуратно прижавшись, но никогда не толкают/болтают, и уж тем более не звонят в колокола над головой:-) Поэтому, живя в Ришикеше, обществу людей я предпочитаю обитающих за городом обезьян и бродячих собак. Впрочем, истинные гималайские садху-аскеты и йоги поступают точно так же.
Я ушел в номер гостевого дома, выстирал все, что ещё не было выстирано, развесил сушиться на лучах вышедшего из-за густых туч солнца и лег спать. Потому что до позднего вечера и с 4 утра поспать мне не дали бешеные паломники. Слышал, в Турции и Египте существуют специальные отели, куда не селят русских, а, например, только немцев. Теперь понимаю почему — чтобы, мягко говоря, «особенности национального менталитета» не мешали людям с иным менталитетом отдыхать. Если бы в эти священные гималайские места был достаточный трафик иностранных туристов, появились бы специализированные гостевые дома для иностранцев, исключающие слишком шокирующее сближение с носителями индийского менталитета:-) Зато теперь я знаю куда селить туристов, если таковые найдутся и отважатся повторить мой путь по четырем святыням индийских Гималаев, благодаря личному опыту нашел несколько гостевых домов, в которых относительно тихо и спокойно, хотя многое зависит еще и от сезона.
Ближе к вечеру я еще раз сходил на речку Мандакини, посидел на берегу, зашёл к кунде Гаури Дэви, получил даршан через дедулю-брамина, дал ему хорошую денежку чтобы вспоминал добрым словом «русского бабу». А в кафе, сидя за обедом, обнаружил того же хитрого бородатого бабу, что и утром у храма. Присел к нему за стол, оплатил его обед, что он принял с нескрываемой благодарностью и удивлением. Вечером, кстати, вновь увидел его там — он подцепил на паломнической тропе пару индийцев с детьми и раскрутил их на оплату большой порции тали, те после общения с ним по уже отработанной схеме сжалились и оплатили официанту для него обед, но есть он не стал не будучи голоден (только я его два раза накормил досыта за день). Уверен, у него имеется договоренность в этом кафе, они, во-первых, получают через него новых клиентов (он утром привел меня сюда по этой схеме, раскрутив вначале на чай, с затем на полноценный завтрак), во-вторых, комиссию с каждого раскрученного им на деньги паломника. Питается он у них раза 4 или 5 в день, да хоть 20 раз совершенно бесплатно — это факт. И ему удобно, и владелец/сотрудники кафе довольны. Каждый получает свое. Он, кстати, в третий раз встретившись за едой и придя с «клиентами» сделал вид что меня и знать не знает:-) Одно слово хитрый баба! Меня это лишь позабавило, каждый выживает как может, а он пусть разбирается со своей кармой с господом Шивой. Высшая справедливость существует объективно и для всех.
Вечером, дождавшись когда индусы отправятся есть (это происходит прямо перед сном, с 21:00 до 22:00), я пошел к кунде (горячему серному источнику), совершил в нем омовение, просидев на прибрежных камнях не меньше часа, обливаясь горячей водой из кувшина. Паломников в это время почти не было, индийцы обычно боятся подходить к воде в темное время суток потому что не умеют плавать. Несмотря ни на что, хороший получился день, медитативный и спокойный. Вся моя одежда, отмытая от терпкого запаха конского говна, высохла на ярком солнышке, рюкзачок упакован, медитации прошли успешно вопреки колокольному звону, толчкам и пинкам, полученным в процессе. День обьективно удался, самое время отправиться спать чтобы успеть выспаться до 4 утра. События раннего утра, как вы уже поняли, более чем предсказуемы.
Утром следующего дня, который я оставил как резервный и решил провести его в Сонпрайяге, после убытия шумных паломников, собрался, сдал ключ от номера и отправился пешком в Сонпрайяг. Мне просто хотелось прогуляться по дороге среди скал, подышать свежим горным воздухом, а не тесниться в вечно переполненном джипе за 20 рупий, чувствуя себя как животное, которого везут на убой в толпе таких же обреченных:-) Дорога протяженностью 5 километров очень живописна, она петляет узкой змейкой в скальных нишах, местами проходя под и над отвесными скалами, водопадами, осыпями и т.д. А внизу грохочет река Мандакини. Переполненные джипы с сидящими на крышах, висящими на поручнях и капотах индийцами с непременным сигналом пролетали мимо, вниз, навстречу им спешили, подгоняя своих мулов-лошадей пинками, местные мужики чтобы успеть заработать на подъёме ленивых или немощных паломников в Кедарнатх. А я шел и улыбался, счастливый и довольный, и все у меня хорошо!
Немного не доходя до Сонпрайяга ко мне приклеились трое местных подростков, один из которых худо-бедно мог изъясняться на ломаном английском. В ходе такого не совсем полноценного общения мы буквально добежали до Сонпрайяга и зашли в придорожный ресторанчик (я обещал напоить их чаем). Когда услышал как они жадно принялись заказывать себе много еды в надежде, что глупый, ничего не понимающий иностранец им ее оплатит, я подозвал официанта и сказал ему: «четыре кружки чая — и больше ничего, я плачу только за это». Обратившись к ним, объяснил: «Не надо пытаться обмануть меня, я- не тупая «белая обезьяна», обещал чай — будет вам чай, если хотите ещё и съесть что-нибудь — нет проблем, заказывайте и платите сами за себя. Понятно объяснил или ещё раз повторить?» Все тут же поняли что-к чему, и попытка «развода на еду и деньги» была пресечена. С индийцами нужно быть очень бдительным и осторожным иначе вас будут обманывать на каждом шагу, и в большинстве случаев вы ни за что об этом не догадаетесь.
Спросив для проформы и в качестве теста у пары местных где можно найти недорогое жилье рупий за 250-300 и получив отрицательный ответ: «Дешевле 600-700 комнату не найти, это нереально», — я не поверил ни единому слову, и в течение 5 минут нашел просторный трёхместный номер с ванной комнатой и балконом за 300 рупий в тихом и спокойном месте, вдали от дороги и стоянки транспорта — места всеобщей тусовки. Большая часть гостевых домов оказались совершенно пустыми, что неудивительно потому как, во-первых, ещё утро, и паломники ушли в Кедарнатх, во-вторых, сейчас — «низкий» паломнический сезон, клиентов у них в разы меньше чем с мая по июль. Все местные об этом прекрасно знают. Зачем врать иностранцу что нет номеров и все дорого? Спишем на все те же особенности национального менталитета:-) Парнишка, работающий в гесте, предложил мне на выбор несколько номеров, все — примерно одинаковые. Так я без проблем устроился на постой в поселке Сонпрайяг, узловом транспортном узле на подступах к Кедарнатху.
В самом поселке делать по большому счету нечего, значимых достопримечательностей в нем нет, только пропускной пункт, дешёвые (как выяснилось) гостевые дома, забегаловки и автостоянки. Мне хотелось посетить храм Триюгинарайян, по данным Интернета, расположенный всего в 2,5 км отсюда. Но задав направление на него в мобильном приложении google.maps я получил маршрут протяженностью в 13 км., по автодороге. Пешеходных маршрутов до храма система не выдавала. — Возможно, есть какая-то пешая, короткая тропа до храма, в обход всех этих витков серпантина, надо бы спросить у местных. — Подумалось мне, и сразу принялся опрашивать всех встречных людей. Но большинство из них вообще не владеют английским (вторым после хинди государсивенным языком Индии между прочим) и ничего не поняли из мною сказанного, либо показывают на дорогу, откуда я только что пришел и где наткнулся на указатель «Храм Триюгинарайян, 13 км)».
— Мать вашу, я и так это знаю, что до туда 13 км., Я спрашиваю есть ли горная тропа до храма, можно ли дойти пешком не по автодороге. С большим трудом мне удалось выяснить уже у полицейского, немного знающего английский, что до храма короткой дороги нет, до него можно добраться либо на утреннем, либо на дневном автобусе, которых всего два в сутки, причем дневной обратно не возвращается в Сонпрайяг, придется искать ночлег а деревне возле храма. Джипы туда ездят, но по предзаказу, бронируются накануне, вечером предыдущего дня, набирают как обычно толпу людей при вместимости 9 чел.везут 15-20 с тюками-вещами. В-общем, все оказалось как всегда непросто, непонятно и запутанно. Я поблагодарил за разъяснение единственного образованного и адекватного человека и попытался найти такси до храма.
Водители либо отсылали меня к будке, где бронируются джипы на завтра (когда я уже уеду отсюда в Ришикеш), либо называли сумму в 300 рупий-туда, 300-обратно. Это уже 600, для моего бюджета дорого. Что-ж, главное — получил требуемую информацию, узнал об ошибочности данных Интернета, как-нибудь в следующий раз посещу этот храм. Особенностью его является то, что согласно ведийским текстам (Сканда-пурана) свадьба Шивы и Парвати состоялась именно в том месте, где стоит храм и чуть ли не в нем самом, с тех пор внутри храма горит вечный огонь, который никогда не гаснет, за этим строго следят брамины-пуджари. Паломники могут сделать приношение огню в виде вязанки дров, их можно собрать в окрестных хвойных лесах или купить по дороге в храм. Конечно, мне хотелось в нем побывать, но идти по серпантину вновь 13 км-туда, и столько же обратно — это уже 26 км, светового дня мне не хватит, а брать такси за $9 — за рамками моего бюджета на эту поездку. В следующий раз побываю, ничего страшного, раз не сейчас — значит потом, позже.
Я зашёл в забегаловку, пообедал традиционным далом с пресными лепешками роти/чапати и вернулся в комнату. Тем временем налетели тучи, начался сильный дождь, и как-то само собой уснвлось сладко и спокойно. Было тихо, никто не галдел и ничего от меня не хотел. Только крупные капли холодного дождя барабанили по крыше. Завтра ранним утром мне предстоит отъезд в Ришикеш, билет на автобус приобретен заранее, будет лишь задача найти его и уехать, но это завтра, а пока…
Стоит ли говорить о том,что мои опасения подтвердились, и индо-гвалт начался ровно в 4 утра:-) Крики, которыми рядовые индийцы общаются между собой, не умея спокойно разговаривать, грохот посуды (их женщины все время, беспрерывно готовят, в том числе во время всех поездок, и едят-едят-едят…), в-целом, эта какафония звуков в ночной темноте не оставляет шансов на сон — либо вставать, выходить на улицу и орать вместе с ними, либо предаться медитации, тренируя свое терпение и волю. Переорать индусов у меня не получится — их в 10 раз больше чем жителей России всех вместе взятых, поэтому я выбрал второй вариант, успокаивая себя мыслью о приближении восхода и 6 часов утра, когда этот индо-ад закончится. Так оно и получилось вновь: все свалили, остался лишь пустой гостевой дом и один постоялец в нем в лице меня. Теперь можно немного вздремнуть, тем более, вновь пошел дождь, частые капли которого, падая на крышу, шелестят и успокаивают. Мне понравилось это на первый взгляд проходное место, где если и останавливаются паломники, то лишь чтобы переждать ночь и выдвинуться в путь к вожделенному, разрекламированному Кедарнатху. А если абстрагироваться от этой предвзятой цели и сосредоточиться на внутренних ощущениях, то я бы для духовных практик выбрал именно Гаурикунд, а не Кедарнатх. Не люблю толпу, суету, шум, места большого скопления людей и делать то, что делают все вокруг.
Пока я был в храме, начался дождь — холодный, пронизывающий, с ветром. Какой ещё погоды ожидать на высоте почти 4 километра? Глотнув свежего гималайского воздуха после давки и сильного шума в храме, устроенного обезумевшими индусами, я поклонился Кедарнатху, нашел свои туристические ботинки, припрятанные под лавкой, и направился перекусить. Требовалось некоторое время чтобы прийти в себя, собрать чувства и мысли воедино и выдвинуться в обратный путь. По соседству с храмом много сувенирных лавок и тех, что торгуют приношениями для получения даршана (благословения). Забегаловок с едой — единицы.Я зашёл в первую попавшуюся, заказал дал с лепешками чапати и горячий чай чтобы согреться. Тем временем дождь усилился, и местные садху, те, что сидят обычно у храма и собирают пожертвования паломников, направились именно в эту забегаловку чтобы перекусить. Среди них встречаются очень колоритные типажи, с полностью покрытым разноцветной краской лицом, загримированные под индийских богов.
Тропа, а точнее дорога к храму Кедарнатха достаточно утомительна, практически все 18 км.приходится подниматься наверх, причем местами это затяжной серпантин, пологими витками уходящий все выше и выше по горным склонам. Здесь все оборудовано для движения сотен тысяч паломников: имеются стационарнве и передвижные туалеты, много закусочных, пунктов медицинской помощи и т.д. В 2013 году в этом районе прошли сильнейшие дожди, возникло много оползней, в результате которых пострадали Кедарнатх и Гаурикунда, пеший маршрут к храму по этой причине был впоследствии изменен.
Стоит немного рассказать о тех удивительных местах, куда меня привело Сущее. Гаурикунд (Гаурикунда) — это священное место, в котором Парвати, супруга высшего из богов Шивы, провела многип годы в аскезах и медитации чтобы получить благословение Махадэва и стать его божественной супругой. Дело в том, что возлюбленной супругой бога Шивы была земная женщина, достигшая высшего уровня сознания, самореализации и готовая стать спутницей Того, кто привнес на землю искусство йоги и медитации. Но в разных своих воплощениях душа супруги Шивы принимала различные формы, обретая тела разных женщин. Это была Сати, Ума и, наконец, Парвати. Именно в этом знаковом месте, расположенном высоко в Гималаях, среди неприступных скал, где течет река Мандакини, исток которой находился в леднике возле пика Кедарнатх, где есть горячие серные источники, и жила будущая богиня, избранница самого Шивы.
Третьим по счету священным местом для последователей религии Хинду (индуистов), расположенным высоко в горах индийского штата Уттаракханд, входящим в ятру Чор-дхам («четыре святыни») стал храм Кедарнатха. Находится он на высоте 3600 м., у подножия пика Кедарнатх в(ок. 7000 м) и является наиболее труднодоступным из всех четырех храмов. Прямой дороги до него нет, от Ришикеша мне пришлось вначале доехать до Сонпрайяга, маленького паломнического поселка, приютившегося на крутых горных склонах в излучине реки Мандакини, притока Бхагиратхи (Ганги). Дорога вначале та же, что и в Бадринатх, Так что, мне здесь уже все было хорошо знакомо. У городка Рудрапраяг дорога на Кедарнатх сворачивает налево от основного серпантина и петляет вдоль русла реки Мандакини. На всем протяжении этого участка, километров 65-70 — сплошные оползни, дорожные работы и т.д. Очень тяжёлая, изматывающая дорога с постоянным набором высоты. Я выехал в 6 часов утра, и большую часть времени мы добирались именно от Рудрапрайяга до Сонпрайяга. В салон набилось много местных жителей, в том числе школьников, из-за отсутствия спец.пранспорта вынужденных пользоваться общественным. Как говорится «в тесноте да не в обиде», впрочем, на последнем участке пути количество пассажиров поубавилось, стало намного свободнее. От долгого сидения в набитом людьми автобусе все тело затекло, я впал в сомнамбулическое состояние.
В пятом часу утра я вышел на автостоянку; автобус, следующий в Ришикеш и Харидвар, уже стоял, рядом — паломники, ожидающие посадки. Бархатно-черное небо было усеяно яркими, крупными звёздами как это обычно бывает в горах. Вскоре водитель завершил предрейсрвый осмотр машины, и все спешно заняли места. Мне как иностранцу (которых здесь недолюбливают, ассоциируя всех «белых» с англичанами — захватчиками и колонизаторами) достался задний ряд, и, забравшись в угол, поближе к окну, завернувшись в теплый непальский плед из священной долины Муктинатх, я предался созерцанию медленно выплывающих из темноты гималайских пейзажей. Посмотреть здесь действительно есть на что, но и впечатления от поездки в общественном транспорте с рядовыми индийцами тоже бывают самыми разными. В этом рейсе мне попались забавные соседи, одному я про себя дал прозвище «хоркун», а второму — «блевун» потому что первый беспрерывно смачно и громко, на весь салон хоркал в форточку, а второй, соответственно, всю дорогу блевал. Причем, любой вменяемый человек, испытывающий проблемы при поездках по горным дорогам и страдающий синдромом укачивания прекрасно знает о том, что в дорогу и по время поездки нельзя есть, нужно полностью воздерживаться от приема пищи, а ещё лучше — купить дешёвые и очень эффективные таблетки от укачивания, в России продается, например, «Аэрон». Так ведь нет, на паре остановок этот парень наедался достаточно тяжёлой пищи, а потом вновь блевал. Он еще и купил по пути яблоки, один начал есть, откусил, съел, его тотчас же вырвало, и он просто швырнул недоеденное яблоко на пол, оно потом каталось по всему салону. Впрочем, так поступают практически все индийцы. Если не в салон выкидывают мусор, то в окно. И красота-чистлта природы их ничуть не интересует. В городах иногда стоят урны, но все индийцы кидают мусор не в урну, а рядом с ней, точнее где придется: съел что-то или выпил — и тут же выкинул упаковку. Соответсивенно, этими объедками питаются мыши, крысы, собаки, обезьяны, свиньи, коровы…и нищие из касты отверженных, которые ютятся в жалких лачугах на окраинах городов, преимущественно живя у сточных канав и мусорных куч. В каждом городе Индии есть такое поселение, а по окраинам крупных городов, возле свалок формируются анклавы отверженных. Это люди, в буквальном смысле слова питающиеся мусором, отходами жизнедеятельности тех, кому повезло родиться в семье более благородного происхождения.
После купания в обжигающей тело ледяной воде мне стало вначале жарко, а затем холодно. Сказывается высота более 4300 м.над уровнем моря, здесь особо чквствуется пронизывающее дыхание ледника. Совсем рядом — белоснежные вершины Больших Гималаев; к тому же погода высоко в горах очень переменчива. Стоило облакам закрыть солнце как сразу похолодало, захотелось согреться в движении. Поэтому я, быстро одевшись и немного посидев у истока священной Ганги, направился в обратный путь. Идя той же тропой и встречая по пути людей, уставших от затяжного многочасового подъёма, пытался ободрить их, отвечая на вопрос о том, далеко ли ещё идти: «Нет, уже совсем рядом!» Кстати, возле того маленького храмика Шивы, что устроен посреди каменных глыб возле истока Ганги, ещё по пути вперёд я встретил очень колоритного старца-садху. Он одет во всё белое, на голове — тюрбан, в руке у него деревянная трость, какие здесь часто носят с собой отшельники. У бабы, которому на вид 60-70 лет, большая седая борода и пушистые, нереального размера брови. Внешне он напоминает совершенно сказочного героя, доброго волшебника. Позже я расскажу ещё об одной встрече с этим старцем, уже с совершенно другом месте.
В 6:30 утра я двинулся в путь, оставив позади деревню Ганготри с белоснежным храмом богини Ганги. Аккуратная каменистая тропа ведёт от остановки автобусов, немного поднимается вверх по горному склону и полого набирает высоту среди прекрасного хвойного леса. Вокруг — ни души, я иду совершенно один, продолжая паломничество по священным местам индийских Гималаев. Вчера я проходил этот участок два раза, не допущенный на территорию национального парка без некоего чисто формального разрешения. На сей раз, дойдя до КПП, мило пообщался со слегка заспаными сотрудниками службы охраны, поменял разрешение на временный двухдневный пропуск, заплатив как иностранец 600 рупий (около $9) и благополучно проследовал дальше. Тропа к леднику очень живописна, она проходит по скалистым горным склонам правого берега реки Бхагиратхи, и проложена таким образом, чтобы паломники не сильно уставали. Суммарный набор высоты на протяжении 18 километров составляет чуть больше 1000 метров, и тропа, в-целом, пологая, очень медленно поднимается все выше и выше.
Время от времени старец произносил одну и ту же фразу «Джей-джей Рам», «Ом Шри Рам». Прославляя господа Раму, аватара изначального божества, воплощавшегося на этой планете 23 раза в облике различных аватаров, не только людей, но и священных животных (вепрь, черепаха и др.). Я про себя назвал аскета Рам-баба потому что он беспрерывно воздавал хвалу Раме. Тем временем садху закончил с обедом, смачно рыгнул, сидя на корточках, достал откуда-то щепку, поковырялся ею в зубах,звучно прополоскал рот и откашлялся. Посуду он вымыл, наливая воду из большого чайника, что стоял на крохотной электрической плитке. Значит, у него есть электричество! Я спросил садху, дождавшись пока он закончит с хозяйственными делами: