Вдоль океана пройти до бухты Кери во время прилива не получилось — вода вплотную подошла к скалам, огромные волны с грохотом разбивались о застывшую вулканическую лаву. Остаётся лишь один путь, он идет через джунгли. Я обошел озеро и углубился во влажный тропический лес в надежде вскоре подняться на плато через дерево Даттатрейя, где месяц назад жили наши отшельники Кришна и Артур. В джунглях, под густым сводом деревьев стало совсем темно хотя небо радовало время от времени проглядывающим сквозь облака солнцем. Горная речка наполнилась свежей дождевой водой, радостно бурлила среди каменистых берегов, образуя каскады водопадов и ванны с прозрачной водой бирюзового цвета.
Мне не хотелось идти вдоль реки через весь лес и выходить наверх привычным путем, которым пользуюсь каждый день. Поэтому стал искать тропу, ведущую наверх, к зимней стоянке отшельников, а оттуда рукой подать до вершины горного плато. Где-то ползком, местами — согнувшись в три погибели я обходил лесной завал, и с конце концов найдя заветную тропинку, стал быстро подниматься наверх. После майского урагана лес до неузнаваемости изменился, в нем почти не осталось прежних ориентиров, повсюду свежие ветровалы, безжалостный тропический шторм превратил его в месиво из упавших древесных стволов, опутаных колючими лианами. В таких местах без мачете попросту нечего делать, но я все же решился идти дальше.
Кроме набедренной повязки никакой другой одежды на мне не было, упаковал ее в водонепроницаемый пакет и спрятал в наплечную сумку ещё до переправы через реку. Собирать на одежду влагу с мокрых кустов совсем не хотелось, ее потом попросту негде будет сушить. В таком виде прямо как Маугли я пробирался через очередной лесной завал, и в какой-то момент окончательно увяз в хаотическом нагромождении спутанных в клубок ужасно колючих лиан. Дальше тропы не было, она давно закончилась, меня поглотили дикие непроходимые джунгли. С большим трудом удалось выбраться на каменистое дно ущелья, тоже местами заваленное ветками деревьев, и постепенно подняться наверх несколько это было возможно.
Где-то слева уже должно быть высокое, могучее дерево Даттатрейи, но я не смог его найти, всюду — до неузнаваемости изменившийся пейзаж, как будто здесь никогда не ступала нога человека. Возвращаться обратно стало уже слишком поздно, я очень медленно, как герой какого-то фильм о путешествиях по затерянному миру диких джунглей, пробирался как мог сквозь сплетения адских лиан, все время готовых впиться в тебя своими острыми и загнутыми назад как острие рыболовного крючка, шипами. Несколько таких зацепок в меня всё-таки впились, сразу испытываешь резкую боль, начинает течь ручеек крови. Видимо, природа специально создала эти растения для того, чтобы они охраняли покой дикого леса и не пускали в него не только людей, но и любых крупных животных.
В одном месте мне попалась красная ленточка, повязанная на кусте, точно помню — ими была маркирована тропа наверх, но она попросту исчезла под завалами. Долго, крайне осторожно я пробирался все выше туда, где за густыми зарослями светило яркое солнце, и где, наконец, не будет этих жутких лиан-ловушек. Вскоре показалась первая каменная кладка, остатки некогда существовавших террас для огородов местных жителей. Это уже добрый знак, значит скоро будет выход на плато, где таких террас множество. Любые испытания в нашей жизни заканчиваются, так и в моем случае вскоре впереди, за густым подлеском показались вначале небольшие полянки, поросшие мелкой травой, а затем и обширные луга, сплошь покрытые зеленью. Я выбрался на плато совсем в другом месте, где никогда прежде не ходил.
По голубому небу плывут облака, всюду щебечут птицы, под ногами -мягкий ковер из свежей травы и мелких цветов, над ними порхают бабочки… Я быстро сориентировался и направился по грунтовой дороге в сторону Керима. Кроме нескольких ссадин на теле лианы оставили след на оранжевой накидке, проделав в ней большую дыру; всё же где-то мне удалось зацепиться и этой любимой тряпочкой, используемой в качестве подстилки, накидки, шарфа, набедренной повязки, тюрбана, иногда — полотенца и т.д. Хорошо жить в Индии, в вечном лете; здесь можно ходить, обмотавшись одной тряпкой, а вторую накинув на плечи!