К вечеру вода стала немного спадать, по пути на берег я зашёл на прежнее место чтобы посмотреть как там обстоят дела и заодним взять с собой наш любимый шивалингам. Без труда мне удалось добраться до дерева только потому, что вода к тому моменту спала уже больше чем на метр, иначе пришлось бы лазить по джунглям в поисках обходного пути. Половодье, разумеется, разрушило все наши сооружения, в том числе песчаную насыпь под деревом и ограждения из камней. Но как это ни странно, не тронула ни шивалингам, ни камень-«кресло», на котором до сих пор красуется большая коллекция галек, напоминающих по форме сердце. Получается, Ганга пощадила символ господа Шивы и каменные сердца, даже не прикоснувшись к ним. Это выглядит как маленькое, но реальное чудо.
В воде валялось одеяло, оставленное Шивпрасад-бабой сушиться на берегу, рядом, в относительной безопасности — его нехитрый скарб. Самого садху мне застать не удалось, скорее всего он в это время общается со своими друзьями в Ришикеше. Я забрал шивалингам, ранее стоявший в маленькой пещерке, что наверху, но кто-то выбросил его оттуда, а мне удалось найти в каменной осыпи ещё в начале мая. Возможно, после окончания сезона муссонов мы и вернёмся в это благостное место, но пока, до конца августа оставаться здесь на ночь крайне опасно из-за значительных колебаний уровня воды. Может просто смыть волнами при внезапном наводнении, вызываемом открытием шлюзов на плотинах ГЭС.
Я добрался до нового места, по пути изрядно взмокнув; после дождей вся влага испаряется и поднимается вверх, воздух становится липко-влажным. Застав Кришна-бабу и Майкла за ужином, первым делом отправился окунуться в Гангу. Вода сейчас тёмно-коричневого цвета, как какао, и по плотности примерно такая же из-за содержания большого количества взвесей ила и мелкого песка. Окунаться с головой я не стал чтобы не превратиться в «песочного человека», достаточно в такое время просто зайти в воду по шею, умыться и капнуть на макушку несколько капель священной воды. Индийцы, впрочем, при разливах Ганги стараются в воду вообще не заходить, а обливаются водой на берегу, зачерпывая ее специальным котелком. Большинство индийцев не умеют плавать, поэтому сильное течение и вид разлившейся воды их пугает.
А нам, россиянам, как говорится, «море по колено». На реплику американца Майкла, скрупулёзно извлекающего мизинцем из салата муравья, что дескать купаться сейчас опасно, я ответил: «Жить вообще опасно, жизнь всегда заканчивается смертью»:-) Санджи ушел в город, судя по всему, найти способ снять деньги, присланные родителями и, разумеется, купить марихуаны, без которой он просто не может выжить. Как только заканчивается вещество — пристрастные к наркотикам испытывают непреодолимое желание получить следующую дозу, это вынуждает их искать любые способы приобретения вожделенной «дури». Зато, по крайней мере, связавшись с нами и дистанцировавшись от Шивпрасад-бабы, он сейчас не пыхает как паровоз с раннего утра и до позднего вечера. В какой-то степени это и наша заслуга. Может быть, одним наркоманом в Индии будет меньше…
Искупавшись, я помедитировал на краю замшелой каменной глыбы, над покрытой одеялом тумана Гангой. Майкл тем временем резал овощи для салата, время от времени попадая ножом по пальцам и чертыхаясь. Правда, сам он салат есть наотрез отказался равно как и «борщ», приготовленный Кришна-бабой. У нашего американца имеется фобия, страх употреблять домашнюю пищу. Он, как и большинство жителей США, предпочитает токсичные фастфуды из пакетов. От них у Майкла время от времени скручивает желудок, он по несколько дней страдает гастритом и вообще ничего не ест, а затем вновь подсаживается на пакетный «корм» с массой консервантов, синтетических ароматизаторов, разрыхлителей, усилителей вкуса и прочих ядохимикатов.
Зато, пообщавшись с Высшим, я с превеликим удовольствием съел отлично приготовленный густой овощной суп со специями и салат. Вскоре вернулся из города Санджи с ещё горячими пресными лепешками чапати. Так что, голодным точно не остался. В отличие от Майкла:-) Щенок Махешка в очередной раз убежал в неизвестном направлении. По мере взросления у него проявилась склонность к бродяжничеству и попрошайничеству, что скорее всего вызвано уже генетически заложенной моделью поведения. Он же — индийская собака, а подавляющее большинство собак в этой стране живут на улице даже если у них есть хозяева. Они попрошайничают несмотря на обильную кормежку дома. Даже если не голодны, собаки все равно с жалостливым видом дежурят у продуктовых магазинов и ресторанчиков в надежде получить подаяние. Совсем как ряженые под садху попрошайки.